— Думаю, да. Поль, ты как? С нами или вызвать Тимура?

— С вами, — мотнула головой. — Заодно подумаю о том, что написать в отчете. Он же только для внутреннего пользования, да, наставник?

И очень-очень внимательно всмотрелась в серебристые глаза Стужева.

— Исключительно, — кивнул он. — Ты не боец подразделения «Витязь», а приглашенный по случаю специалист. Что включать в отчет руководства, буду решать я, командир сборного отряда.

— Слушай, а почему ты? — заинтересовалась, мысленно выдыхая напряжение. — Просто интересно. Как самый сильный и опытный или потому что мы там первые оказались? Что на это влияет? А кто сильнее: ты или Троян? И кто был в третьей команде? Игорь ведь тоже тогда получается посторонний? А добычу мы как делить будем?

— Тихо-тихо, — Егор аж руки вскинул, когда я забросала его вопросами. — Из тех, кто участвовал в зачистке этого разлома, я один из самых сильных и опытных. У Трояна тоже опыта хватает, но я «Витязь», а он нет. В таких случаях все подчиняются нам, официальным силам империи. Третья команда была из «Добрыничей», их прислали нам в усиление на той неделе. Ребята не такие опытные и сильные, как мы, их командир — мульт Гризли, четверка. Парню двадцать семь, но уже зарекомендовал себя отличным бойцом и организатором. Если удача не отвернется, года через два-три станет матерым магом второго ранга, как мы с Трояном. Игорь… Да, как ты. Доброволец из аристократов, оказавший посильную помощь. Добыча делится так: кто убил, тот хозяин. Банщикову десять процентов за реализацию, это его ребята сейчас таскают останки монстров. Ядро с самого большого монстра — государству, это даже не обсуждается. Если остается неучтенная добыча или находится иной ресурс помимо монстров — делится на всех участников зачистки поровну. Судьбу мелких ядер можно обговорить сразу до продажи, но в основном бойцы, — он покосился на Дока, — за редким исключением, выбирают деньги.

— А если я не помню, скольких убила? — растерялась.

— Полиночка, у меня всё записано, — успокоил меня Док. — Всех, кого выносили целыми, ваши.

— О, тогда хорошо, — я снова повеселела и поинтересовалась: — А какие внутри них ядра? Успели вскрыть хоть одного?

— А то, — мужчина самодовольно усмехнулся и, шагнув к своему чудо-кейсу, вынул из него прозрачную пробирку, похожую на те, куда брали кровь на анализы, только побольше. Примерно сантиметра три в ширину и двадцать в длину. — Вот. Честно говоря, редчайшая штука. Но абсолютно бесполезная в плане персонального употребления.

— Почему? — Я взяла в руки протянутую мне пробирку и с интересом присмотрелась к темно-фиолетовому «стручку», который переливался разными оттенками синего, зеленого и оранжевого. И по своей расцветке безумно напоминал магическое ядро Егора.

— Каждый мультистихийник уникален по своей сути, — ответил за него Стужев. — Оттенков магии несколько десятков и подобрать то ядро, которое будет полностью идентично, практически нереально. Хоть один лишний оттенок — и последствия использования могут быть катастрофичны. Если не убьет — то выжжет или отравит однозначно.

— Логично, — согласилась, продолжая рассматривать стручок. Больно он был непривычен по форме и смыслу. — И что с ними обычно делают?

— Перерабатывают в порошок, который используется при создании артефактов, доспехов и оружия для нужд военных.

— М-м… Ясно. — Я вернула пробирку Доку и снова торопливо прикрыла зевок ладонью.

Но не успела ничего спросить ещё, как Стужев просто дошел до лавки напротив и один за другим вынул из него несколько скрученных в компактные рулоны матрасов, положив один на другой, затем кинул сверху одеяло, мотнул мне головой и, дождавшись, когда я лягу, накрыл ещё одним одеялом.

Боже мой, хорошо-то как!

Уже под одеялом я деактивировала доспех, не представляя, во что могло превратиться моё длинное платье и босоножки, которые самым чудесным образом пережили этот бой. Хорошо, что каблук там был чисто формальный, а не десятисантиметровая шпилька!

Всё-таки надо будет позаботиться о том, чтобы в фургоне «Витязей» на самый разный случай лежали мои запасные вещи. Надо!

Это было последней связной мыслью, а потом я умудрилась отключиться, пару раз сонно открывая глаза, лишь когда в машину вернулись парни, закончившие разбирать мегакраба, затем Стужев решал некие организационные моменты с подошедшим к фургону Трояном (я вроде слышала его голос, но не прислушивалась), ну а потом мы как-то резко оказались уже рядом с домом… И я охотно притворилась спящей, когда Егор взял меня на руки и понес в дом.

Правда, подозреваю, он знал о моём притворстве, потому что, зайдя в мою спальню и уложив меня в кровать поверх покрывала, поцеловал в самый уголок губ и тихо произнёс:

— Завтра тренировка отменяется, высыпайся. Буду ждать твой отчет к полудню.

— О-о… — простонала, не удержавшись. — Ты не Стужа, ты Сатрап.

— Если бы я был сатрапом, — усмехнулся Егор, — я бы приказал тебе написать его прямо сейчас. А потом бегом на тренировку. Так что не наговаривай, я только и делаю, что потакаю.

Ну, как бы да… Но и я не боец спецподразделения!

Хотя, помнится, был у нас уговор, что я не ною и вообще…

— Ладно-ладно, — проворчала, но с новым страдальческим вздохом, потому что даже языком шевелить было лень, а мне надо было ещё раздеться и смыть косметику. И зачем я вообще красилась?! — Ты золото. Не командир, а сокровище. Сильный, смелый, заботливый, надежный и просто идеальный.

— Звучит, как обвинение, — приглушенно хмыкнул Стужев. — Так устала, что хочется поскандалить, да сил нет?