— А я умею.

— Это ты сейчас хвастаешься?

— Да.

— Странный ты всё-таки… — Я подняла к нему лицо и открыла глаза, тут же утонув в расплавленном серебре его нежности. — А что ещё умеешь?

— Знаешь, пытаюсь лихорадочно сообразить, — он со смешком хмыкнул, — и ничего на ум не идет. Я маг, воин. А больше, кажется, и ничего. Не хвастать же тем, что машину водить умею? Читать люблю… В шахматы с отцом играем, когда выбираюсь к ним.

— А у тебя есть мечта?

— Есть.

— Расскажешь?

— Нет.

Нет, я не обиделась… Понимала. Но всё равно спросила:

— Почему?

— Потому что тогда ты испугаешься и убежишь.

— Почему? — озадачилась и попыталась предположить: — Ты хочешь завоевать мир?

— Нет, — рассмеялся.

— Завести сорок котов?

— Я больше собак люблю.

— Завести сорок собак?

— О нет, это слишком. Хотя одну я бы завел. Люблю собак, — он улыбнулся широко, искренне, но потом с досадой поморщился. — Но точно не сейчас. Слишком опасно, да и щенку нужно много внимания, особенно первые месяцы. А ты сама видела, что вокруг в последнее время творится.

Видела, да. Нахмурившись, перестала допытываться до чужой мечты, спросив другое:

— Почему разломы вообще появляются? И почему всё чаще? Неужели до сих пор нет ни одного толкового объяснения?

— Знаешь, как бы бредово это ни звучало, мне кажется, что во всём виноваты сами люди, — подозрительно спокойно произнёс Стужев. — Много есть разных теорий, часть из них совершенно безумна, но как маг множества стихий я чувствую пространство. Умею его сканировать. И вижу, что оно повреждено. Намеренно повреждено. Знаешь, это… Похоже на болезнь, которая уже захватила всё тело планеты. Как плесень, распространившаяся повсеместно. Но сначала всё равно была одна-единственная бактерия. Откуда она взялась? Сомневаюсь, что уже можно выяснить. Сотни лет прошло с тех пор, как был официально описан первый разлом.

— Но если это болезнь, то её можно вылечить? — предположила. — Закрывая разломы, вы боретесь с последствиями. Это как сморкаться во время простуды. А нужно бороться с причиной.

— Как?

Хороший вопрос…

И меня он заинтересовал.

— Пока не знаю, — пробормотала, пока мозг лихорадочно выстраивал тьму гипотез, предположений и выдвигал варианты моих собственных действий. — Мне нужно увидеть это самой…

— Что?

— То, о чем ты говорил. Пространство. Какая магия помогает тебе его сканировать?

— Комплексная, — не стал скрывать Стужев. — Это и воздух, и природа, и ментал, и даже капля интуиции.

Понятно. Быстро не будет. Но мы ведь и не собираемся умирать в ближайшие пару десятков лет, верно?

— Занятно, — протянула. — Очень занятно. А когда ты дашь мне следующие ядрышки?

— Через неделю.

— А может раньше?

— А может не надо?

— Что?

— Торговаться с наставником и командиром, которому виднее.

— Зануда. — Я показательно надула губы. И пускай особо не рассчитывала на успех, но всё равно дала ему понять, что недовольна.

— Это потому что я очень сильно тебя люблю, — произнёс с улыбкой и поцеловал в висок, вводя меня в кратковременный ступор.

Как минимум тем, что так легко повторял это раз за разом!

Вот так. Запросто. Раз — и «люблю».

— Тебе ужин в постель или вниз спустимся? — тем временем поинтересовался Егор, пока я пыталась сложить пазл из букв «Ж» «О» «П» «А» в слово «любовь».

Хоть убей, не получалось!

И я поспешила ответить:

— Вниз.

Хмыкнул.

— Сама идти сможешь?

— Не знаю, — призналась честно.

— Может, всё-таки в постель?

— Егор… — вздохнула.

— Ладно-ладно, — поспешил перебить. — Вниз, так вниз. Идем.

К счастью, прошло достаточно времени, чтобы мой организм немного отдохнул от устроенной ему проверки на выносливость, так что я сама встала и даже не упала, хотя по пристальному взгляду Стужева догадалась, что он был готов меня ловить, если вдруг что-то пойдет не так.

А вот фигу!

И пускай маленькая глупенькая девочка где-то глубоко внутри меня была не прочь снова оказаться в его сильных руках, ничуть не более глупая, но гораздо более опытная Зараза понимала, что увлекаться этим никак нельзя.

Иначе понравится и я решу, что так должно быть всегда.

А оно не бывает, неа.

В итоге вниз я спустилась сама, хотя и не вприпрыжку, а спокойным шагом. Стужев, умиляя и вместе с тем немного подбешивая, шел рядом. Я не могла подобрать нужных слов, чтобы оттолкнуть, не отталкивая, и вместе с тем не хотела подпускать его ближе. А он, сволочь такая, настырно лез под кожу. Не понимая слова «нет»!

При этом как-то само собой получилось, что внизу мы вместе свернули в правое крыло и очутились в гостиной, а там уже и без нас набралась целая толпа: не только наши «Витязи», но и чужие. Хотя они вроде бы даже не «Витязи»…