В общем…

— А предприятия тут вообще есть?

— «Русатом Изоплит», — кивнул Стужев. — Предприятие находится в поселке Изоплит, который образовался именно вокруг предприятия, и производит теплоизоляционные материалы на основе каменной ваты. Кстати, его нам не подарили, но я выкупил.

— Да-а-а? — удивилась. — А зачем? Дорого?

— Относительно, — ушел от прямого ответа Стужев. — Но я уже нашел через Батю толкового управляющего, так что толк будет. Обновим оборудование, обучим молодых специалистов и будем нам счастье, а людям работа.

— И когда ты всё успеваешь? — изумилась, а затем и проворчала: — И почему я об этом не знаю?

— Прости. — Егор улыбнулся так ласково, что даже обижаться на него не получалось. — Хотел сделать сюрприз. Там как минимум на полгода работы, не меньше. Ремонт в цехах, переоборудование, набор толкового персонала. Работа идет, хвастать пока особо нечем.

Да-да… Для меня сам факт этого — уже достижение!

— Ладно, что там с участками под дом и реабилитационный центр?

— Едем.

Проехав до конца Школьной улицы мимо дома культуры, мы свернули на Парковую. Справа располагались дома, а слева старинная ржавая ограда и то ли заброшенный парк, то ли что-то… Что-то в общем, такое.

Оказалось, что это летняя резиденция Тимирязевых, но дом давно заброшен и почти сгнил, потому что был деревянным — этакая летняя дача. Раньше там был и парк, и сад, но за ним уже лет семьдесят никто не ухаживал, так что фактически это заброшка. Тем не менее участок триста на триста метров не совсем правильной четырехугольной формы теперь полностью наш и только мне решать, что там строить.

Ух, аж руки зачесались!

Естественно, я не удержалась и мы, выйдя из машины, прошли через распахнутые покосившиеся ворота, давно заросшие одичавшим вьюнком, и прошлись по территории. В целом дела обстояли не совсем ужасно. Нигде чрезмерно не загажено, как можно было опасаться, есть даже плодоносящие деревья — яблони и вишни. Правда, одичалые, но есть. Сам дом… Раньше был славным, но сейчас кривой-косой, крыша худая, окна-двери заколочены и видно, что изнутри вынесено всё, что люди посчитали ценным. Да и снаружи наличники ободраны. Ох уж эти люди…

Но территория роскошная!

— Тут здорово, — заявила я в конце концов, когда мы прошли до самого конца по едва заметной дорожке из давно раскрошившейся плитки. — Только денег придется вложить — немеряно.

— Ну, мы вроде не бедствуем? — хитро прищурился Стужев и я вспомнила, что только у меня на счету уже накопилось более пятидесяти миллионов свободных средств.

— О, да, — рассмеялась и прищурилась, глядя через забор на серебрящуюся вдали водную гладь. — А там что?

— Идем посмотрим, — улыбнулся Егор.

К сожалению, напрямик мы выйти не смогли. В этом краю не было ни калитки, ни покосившейся секции ограды, так что пришлось возвращаться к воротам, садиться в машину и объезжать территорию вокруг.

Зато потом я увидела и длинный прямоугольник озера, и импровизированный пляж, где отдыхали деревенские, а затем и лесок напротив.

— Вот, — с загадочным видом заявил Стужев, останавливая машину на обочине дороги, которая огибала озеро справа. — Озеро. Без названия. И во-он на той стороне можно поставить оздоровительный комплекс. Прямо посреди леса. Что скажешь? Километром южнее начинается поселок Изоплит, так что с коммуникациями проблем не будет. Добираться можно как своим транспортом, так и рейсовым автобусом из Озерков или Изоплита, они ходят в Тверь каждые полтора часа с шести утра до десяти вечера. Ну или построить общежитие для самых нуждающихся. Кто захочет — может выкупить дом в тех же Озерках, цены тут невысокие. Да, деревня, но в центре есть и многоквартирные дома, вариант подобрать можно. Ну как?

— Изумительно, — улыбнулась я и прижалась к мужу, мечтательно щурясь. — Приглашай Соловьева, будем строить!

В итоге вся следующая неделя прошла настолько бодро и насыщенно, что не оставалось ни минутки на грусть и рефлексию.

Помимо работы в центре и госпитале, куда регулярно привозили покалеченных бойцов со всей империи, я уделяла максимум времени и внимания проекту нового реабилитационного центра. Да, он был нужен. Очень нужен! И не на тридцать коек, как у нас, а как минимум на полторы сотни! Полноценный комплекс, где будет предоставляться в том числе санаторно-курортное лечение. Но это потом, позже. Но будет! Всё-таки даже высококлассные бойцы не двужильные и не могут работать без перерывов и выходных год за годом. Идет банальное эмоциональное выгорание.

А тут мы!

Прогулки на свежем воздухе, минеральные ванны, витаминные коктейли, профессиональные тренажеры, бассейн и иные виды отдыха для тех, кто это действительно заслужил. И медицинский присмотр. Всенепременно!

Пока же мы с Соловьевым придирчиво изучили всю документацию, которую он собрал по самым знаменитым здравницам страны, и утвердили свой план. Во-первых, центральный административный корпус в два этажа, который станет лицом центра. Красивым лицом! Во-вторых, спальный корпус для пациентов. Два! С разделением на виды травм. В третьих, технический корпус под пищеблок и прачку. Это тоже важно, хотя на первый взгляд так сразу и не скажешь. Столовая в каждом корпусе, чтобы по зиме пациенты не ходили по улице и не переохлаждались. А то знаю я этих мужчин — шапку лень надеть, а потом откуда-то менингит сам собой появляется! Следом корпус восстановительной медицины, где будет учтено всё: кабинеты врачей, бассейн, тренажерный зал, залы для оздоровительной физкультуры и помещения для всяких там растяжек, минеральных ванн и прочего.