Разнообразные начинки для блинов радовали, но уже только визуально. Кашу, которую сварили для меня, с охоткой умял Куч, а кусочки рыбы с блюдца таскала черная когтистая лапа. Медленно мохнатая цапалка продвигается, вытягивается, когти растопыриваются, кусочек захватывается и лапа медленно утягивается обратно.

— Только неделю меня не было, а кот уже распоясался! — заглянул Вик под стол.

Я тоже заглянула. Никого. Только голова мужа. Переглянулись и вылезли. Со стола исчезла оставшаяся рыба.

— Добытчик ушёл кормить семью! — гордо ответила я. — Моя школа.

В салоне царили тишина и спокойствие. Вик прошёл, осмотрел всё и отчалил на службу. По шапкам выдавать. А ведь он ещё и не спал сегодня! Придётся воспитывать его.

Марианна пришла вскоре и мы опять уселись у открытого окна. С семечками. Специально вчера жарила для этого дела. Как в телевизор пялимся. Щелк-щелк. Вот прошли два стража, но к нам не зашли. Ничего такие. Один высокий и тощий, второй низкий и коренастый. Ещё один вошёл в салон и принёс корзину с цветами. И ушёл. Молча. Даже не поздоровался. Некультурный какой. Только глянул косо, как мы семки грызем да скорлупу в окно выплевываем. Надо б не забыть подмести там.

— И кому цветочки? — провелась пальчиками по лилиям Марианна.

— Хороший вопрос.

Я порылась, но записок не было. Покрутила корзину, и тоже пусто. И что это?

— Опять?! — вместо приветствия воскликнула вошедшая Веселея. — Выбросьте этот мусор!

— Чего орешь-то? — отряхнула я руки. — Так и скажи, что тоже семечек хочешь. Я ж целый кулек принесла.

— Какие семечки? — заинтересованно сунула она свой нос в холщевый кулек. — Подсолнечник? Щелк-щелк. Вкусно. А цветы в помойку!

— Дак это тебе? А от кого? — полюбопытствовала я.

Марианна сидела, плевалась в окно и прислушивалась. Грациозно так. Щелк, повернулась, плюнула шелуху и снова слушает.

— Артур по голове получил, но жизнь его не учит ничему! — прорычала-прочавкала Веся, вытряхивая цветы в мусорное ведро.

— Вряд ли бы его букеты таскали стражи. — покачала я головой.

— Стражи? — замерла подруга. — Какое сегодня число? Единый, как я могла забыть?! Годовщина! Я ушла! У меня выходной!

Быстро, но бережно собрав помятые лилии, испачкавшись желтой пыльцой, она схватила корзину и умчалась в сторону администрации. Наверное в архив. Сейчас Ибрагим получит свою долю нежностей и будет опять сиять. Много ли ему для счастья надо? Придет к нему жена, скажет, что он самый-самый и всё. У меня так не выходит. Только скажу Вику, что он самый любимый, дак сразу получаю подозрительные взгляды. И с чего бы это?

— А вот этот как тебе? — указала Марианне на проходившего мимо Максимельяна.

Максимка прогуливался вместе с Велеей и ржавая морщила свой выбеленный нос, глядя на нашу вывеску. Никак "выгуливают" новые наряды. Вон, сверкает опять, как мухомор в росе.

— Какой-то он… — замялась Марианна.

— Пижон? Мажор? Хмырь? — заинтересованно перечислила я, скидывая шелуху за окно.

— Слащавый и самовлюблённый. И барышня такая же.

Соглашусь, пожалуй. Максимка еще и с тросточкой идет. Вроде как под джентльмена "косит". Весь такой важный. Интересно, они о детях когда-нибудь задумаются? Или так и будут друг с дружкой в семью играть? Так! Они клиенты? Нет! Оба меня терпеть не могут? Счастья им безмерного! И чего вы остановились? Куда они смотрят?

Так-так! А кто это тут у нас лестницу волочет? Тимофей? Куда ж ты опять?! У тебя плохие отношения с лестницами. Ой дура-ак!

Мы обе завороженно смотрели за разворачивающимся действом и семечки грызлись всё более активно. На нервах.

Тимофей подошел к ювелирке, выставил свою стремянку и полез.

— Не в то окно. — пробурчала я. — Там же спальня родителей, а не Серафима.

Но это услышала только Марианна и теперь она еще и прислушивалась к моим комментариям.

Парень взобрался наверх и наполовину влез в окно. Визга не было, а я ждала. Только ручки тонкие показались, схватили Тимофея за пояс и втянули того полностью в комнату.

— Вот это Анфиса Георгиевна даёт! Только бы супруг-ювелир не подумал чего не того.

Но нет. Стройная женщина выскочила на улицу, оглянулась, помахала мне рукой и быстро забежала за угол своего дома. Там она хекнула и переставила лестницу к следующему окну, из которого уже выглядывала Серафима.

— Ой как тут у вас интересно! — очень эмоционально выдала Марианна. — То мужчины раздеваются, то целый спектакль романтический. Тут дома не продаются?

Предложила с этим обратиться к Веселее. У нее есть знакомый риэлтор в администрации. Вроде как она его улитками снабжает и за это он готов для Веси на всё. Или готов на всё, чтобы она их больше не таскала ему. Как-то так.