Отложив газету и сев в кресло возле кофейного столика, я задумался. Как говорил мой любимый мультяшный страус: «Интересно девки пляшут!». Неожиданно я услышал, как в соседней комнате открылась еще одна дверь, и туда вошли два человека. Судя по звукам, они направлялись в мою комнату.

– Он выкарабкается? — спросил один из них.

– Должен, Демидовы прислали мастера-целителя. Он сказал, что парню очень повезло, что удар был направлен на отца, а Дамира задело уже по остаточному принципу.

– Нападавших нашли? Раненые, убитые? Кто-то ведь должен был остаться в той мясорубке.

– Нет, нападавших не нашли. Тел с их стороны тоже нет. Только тела гвардии и охраны Болконских. Багратион рвёт и мечет. Всё тайное отделение подняли на уши.

– Удивительно, — вздохнул один из говоривших.

– Во дворце нашего князя ходят слухи о возвращении Екатеринбурга в Пермскую губернию. И смерть Александра — это месть за прошлое. Ты ведь знаешь, что Болконские и Демидовы в свое время продавили решение о выходе Екатеринбурга из протекции Перми.

– Чепуха, прошло больше 300 лет с того дня, всё уже наладилось.

– За что купил, за то и продаю, Константин Петрович.

– Да, я понимаю, но это очень дико звучит. Но и зачем убивать Александра Ивановича, тоже не понимаю. Болконские угасающий род. Кроме Дамира и Лены, старшей сестры, никого не осталось. А Елена должна уйти из рода после замужества. А наследник — пустой повеса.

Они остановились перед моей дверью. Я посмотрел на кровать, до которой не успею бесшумно дойти и притвориться спящим, и решил выйти им навстречу. Лучше так, чем попасться на подслушивании в своем же доме.

— О, князь, вы очнулись? — стоило мне открыть дверь, как один из них задал мне вопрос.

— Кто вы?

— Вы нас не узнаете, Дамир Александрович? Хотя с такими ранами, которые у вас были, это неудивительно. Позвольте представиться, я князь Константин Петрович Юсупов, министр финансов нашего княжества, — ответил мне мужчина, сорока лет, ростом примерно 190 см и очень крепкого телосложения. С черными как уголь волосами.

— А я Александр Иванович Безухов, начальник полиции, — представился человек ростом, как сказал бы тот самый страус — метр с кепкой и комплекции больше похожей на бочку. Лет, наверно, шестидесяти. И с блестящей лысиной.

— Как вы себя чувствуете, Дамир? — спрашивает Юсупов.

— Вполне здоровым, хотя не отказался бы от воды, — смотрю на стакан с чем-то в руках Константина Петровича.

— Вот же совпадение, а мы как раз несём его вам, — протягивая стакан, отвечает князь с улыбкой.

И пока я с жадностью пил чудесный напиток — обычную воду. Юсупов, наклонив голову и с ухмылкой спрашивает:

— А из нашего разговора с Александром Ивановичем что услышали?

— С момента, как вы вошли в комнату, я слышал всё, — решив, что нужно быть честным, ответил я.

— Наверно это к лучшему, — переглянувшись с товарищем, сказал Безухов.

— Позвольте выразить вам соболезнования, мы с вашим отцом были очень дружны. И нам очень жаль, что так сложилось.

— Да, спасибо, — отвёл я взгляд.

— Но раз вы здоровы и бодры. А мы в этом убедились. Мы покинем вас, Дамир. Работа не ждет. Похороны вашего отца назначены на завтра, там и увидимся, и поговорим более предметно в расширенном составе. До свидания, молодой человек, — сказал Юсупов.

— Хорошо, до свидания! — был им мой ответ, а сам задумался: «А если бы я не был в порядке? Что бы они делали сейчас?»

Вдруг из коридора, куда вышли мои неожиданные гости, послышался молодой женский голос:

— Он очнулся?! Правда?! Ура! Бра-а-атик вернулся!

Вздохнув, я понял, что побыть одному и обдумать ситуацию мне не светит. Ну что ж, пойдем встречать старшую сестру.

Ко мне в комнату ворвался ураган и повис на шее.

— Как я рада, что ты жив и здоров! — всхлипнув, произнесла Лена.

— Я тоже, я тоже, — тихо ответил я, прижимая к себе девушку.

— Что с вами случилось, Дамир? Вы ведь просто ехали со встречи наших компаний? Почему... — начала плакать девушка.

— Я не помню, Лен, правда не помню, — но очень бы хотел знать, за что и почему. Говорить о подозрениях моих недавних гостей я не стал. Доказательств у меня нет.