Шрифт:
Звук свистящего воздуха, и его голова больше не была частью его тела.
А за ним стояла девушка в красном боевом комбинезоне. Почему девушка? Комбинезон слишком плотно обтягивал ее фигуру, позволяя насладиться всеми изгибами ее тела. А лицо было закрыто маской лисы. В руках у нее была японская катана.
– Неловко вышло. Согласна.
– посмотрев сначала на голову Амабелика, а затем на меня, окровавленного. Недалеко от нас стали слышны звуки полицейских машин.
– Но, судя по всему, закончить мне не дадут. До новых встреч, князь!
– отправив мне воздушный поцелуй, она просто исчезла, вот она была тут, а уже нет.
А я побежал в сторону своих людей.
– Звоните Распутину, пусть берет все, что может, хоть откуда и срочно! Срочно! Едут в квартал Абамеликов. Их надо защитить.
Получив кивки, я судорожно начал соображать, на чем мне добраться в нужный квартал. Он был на юге города, и Распутину за мной пришлось бы делать большой крюк. А это лишние время. Добравшись до машины рода Амабеликов и заглянув внутрь, я обнаружил ключи в замке. Повезло.
Поездка заняла у меня двадцать минут. Когда я приехал на место, то сначала уперся в кордон полиции. Повсюду стояли сотрудники полиции и направляли людей, бегущих из квартала. Но стоило одному из полиции взглянуть на меня через опустившееся стекло, он отдал приказ пропустить меня внутрь.
Через пятьдесят метров стояли мои люди и, судя по всему, готовились к штурму главного дома. До него было около двухсот метров.
– Черт, нет! Отставить штурм! Не смейте нападать. Срочно свяжите меня с главой рода Амабеликов.
– выкрикивая команды, я выбежал из машины.
– Дамир Александрович, но мне передали начинать штурм!
– Нет! Отставить. Займите оборону! Амабелики нам не враги, - отдал приказ.
– Надеюсь, не враги, - добавил я тихо.
– Понял господин, — ответил гвардеец и взяв в руки рацию, начал передавать новую установку
. А я, взяв двух бойцов, пошел в сторону главного дома, чтобы поговорить с главой рода Амабелик и объяснить все. Про шахты и смерть его брата. Но стоило мне пройти три шага, как дом просто взлетел на воздух. Взрыв был такой силы, что снесло и несколько домов, которые стояли за каменным забором.
– Лена! НЕТ! Леночка...
– я просто рухнул на колени. А по моим щекам потекли слезы.
Глава 12
С тех событий прошёл месяц. Я ходил в университет и учился техникам у Распутина, которые, хоть и сложно, но поддавались. Также я посещал похороны всех погибших людей, произнёс какую-то пафосную речь о благодарности, которую мне написали в канцелярии. После похорон я лично встретился с каждой семьёй погибшего и обсудил с ними их планы и желания. Я старался помочь всем, но мне самому никто не мог помочь. В разрушенном поместье Амабеликов вообще мало кого нашли, чтобы опознать. Эксперты, изучавшие причины и место взрыва, говорили в один голос.
Взрыв произошёл в подвале, согласно сохранившимся записям с камеры, которая снимала вход в помещение. Было известно, что мою сестру привезли трое неизвестных парней и Григорий Амабелик, позже сам спустился в подвал, а спустя время произошёл взрыв.
Сам род Амабелик полностью исчез. Не осталось никого из них в живых, но тела семей, которые смогли найти и опознать, похоронили их слуги. Мне же хоронить было некого, а пустой гроб я посчитал ненужным.
Ко мне никто не приезжал и не звонил, в университете все обходили меня стороной. По слухам, которые понеслись по Екатеринбургу и княжеству, я приехал к Амабеликам и всё взорвал и всех убил. Вместе с сестрой, которая, как говорят, хотела выйти замуж за сына главы.
И тогда я задумался, откуда пошли слухи, что моя Лена хотела выйти замуж за сына Григория. Понятно, что Амабелики готовились не один день. Глава рода и старейшина были в курсе. Но кто ещё знал об их замысле, оставалось загадкой. Однако слухи не возникают из фантазии, у всех есть в основе правдивая информация.
В общем, я вёл затворнический образ жизни.
За неделю до Хэллоуина ко мне пришли Багратион и Демидов. Когда я вошел в кабинет, они поприветствовали меня.
– Здравствуйте, Дамир, - сказали они.
– И вам привет, - ответил я, опускаясь в кресло.
– Чем обязан вашему визиту?
– Мы хотели поговорить о том дне, - ответил Демидов, склонив голову.
Багратион промолчал, сделав глоток кофе, который им принесли.
– Говорите, - махнул я рукой.
– Дамир, мы понимаем, что потеря Елены сразу после отца - это большое горе. Но не нужно быть настолько равнодушным и относиться к нам как к врагам народа.