Следы на стекле. Спецвыпуск
Глава 1
Путешествие героев
— Прячьтесь, — прошептал я, услышав знакомые шаги снаружи. — Быстрее, или нам конец!
— Но куда же…
— Под кровать, больше некуда!
Вообще-то, был ещё шкаф, но туда Танька запросто могла заглянуть. Я оставил её на палубе принимать солнечные ванны, а сам, сказавшись невыспавшимся, удалился в каюту. Так что загоревшая Татьяна вполне могла возжелать воспользоваться шкафом во имя переодевания, и идиллическое свадебное путешествие превратилось бы в кошмар.
Я поправил покрывало и успел гордо встать против входа, как одинокий воин, готовый встретить грудью превосходящие силы противника. Дверь распахнулась, и в каюту ворвалась запахнувшаяся в халат Танька.
— Быстро ты! — улыбнулся я и шагнул навстречу. — Идём обедать?
«Король морей» — пароход, на котором мы отправились отметить своё вступление в брак, — был поистине колоссальным. На нём можно было, в общем, вполне сносно жить, даже не подозревая, что ты на корабле. Одна вот эта каюта премиум-класса чего стоит. Раза в полтора больше нашей спальни в новом доме. И кровать… На такой кровати вдвоём страшно и одиноко, хочется пригласить женскую сборную по пляжному волейболу, или военный оркестр, а лучше и тех, и тех. Тогда, всем вместе, обнявшись и дрожа, как-нибудь можно пережить ночь на этом огромном пространстве, одолевая чувство иррационального ужаса, охватывающее человека, которого судьба нос к носу сталкивает с пустотой и бесконечностью.
К сожалению, на корабле не было пляжной сборной и военного оркестра. Обычный, гражданский оркестр имелся, но мы стеснялись к ним обращаться, потому проводили ночи вдвоём, пытаясь, как свойственно слабым душам, найти спасение от экзистенциального кошмара в плотском грехе… Получалось.
— Саша, скажи мне правду! — Танька хлопнула дверью. — Я имею право знать!
— Кабы знал — неужто не сказал бы… Видишь ли, Татьяна, в традиции русской литературы, возникающий мотив дороги, путешествия, означает поиск героем смысла жизни…
— Не заговаривай мне зубы! На меня только что смотрели с глубоким сочувствием!
— Кто посмел?
— Жанетт и Долли!
— Я их знаю?
— Саша, ты издеваешься?! Мы в первый же день познакомились!
— Видимо, я думал о чём-то ином. Так почему они посмотрели на тебя с жалостью?
— Об этом расскажи мне ты! Думаешь, я ничего не замечаю? Ты с самого начала сам не свой. Рассеян, ничего не замечаешь, говоришь невпопад. Каждый раз, как я просыпаюсь ночью, тебя нет. И вот сейчас. Ты сказал, что не выспался, и ушёл, но постель даже не смята. Я всё поняла! Это она? Та американка? Я видела, как она на тебя смотрела! Ей лет сорок, господи, это такой кошмар, какое унижение… Я чувствую себя раздавленной.
— Два вопроса. Первый: какая американка? И второй: что, по-твоему, я с ней тут делал на несмятой постели?
— Чтобы обмануть меня, вы могли заниматься этим на полу!
— Половую жизнь назвали так не потому…
— Саша, хватит! Сейчас совершенно не время для шуток. Давай объяснимся раз и навсегда. Если это началось уже в медовый месяц, тогда зачем, зачем продолжать?.. — Губы задрожали, в глазах появились слёзы. — Я была такая дура, что понадеялась… Слепила себе нелепую мечту, как всегда, забыв, что остальные люди живут не у меня в голове. Но… Но почему, скажи, почему?! Ведь у нас только всё началось. Что со мной не так? Ты… Ты просто меня не любишь?
— Нет, довольно, я больше не должен этого слышать!
Танька вскрикнула, я обернулся на голос, и мы вдвоём смотрели, как из-под кровати выкатывается сначала шахматная доска с магнитными фигурами, а затем помятый, злой, смущённый и усатый мужчина.
— Вадим Игоревич?.. — пролепетала Танька.
— Прошу прощения, я удаляюсь. Тысяча извинений, нелепейшая получилась ситуация. Александр Николаевич, впрочем, я разобрался, здесь конём ходить надо, с шахом.
— Под два боя?!
— Следите за руками! Пешка безопасна, ферзём связана, а ферзя он за коня не отдаст — психология-с. А дальше мат в два хода! До свидания, Татьяна Фёдоровна, извините, что так сделалось.
Серебряков ушёл. Танька села на кровать.
— Он с самого начала был здесь, на корабле?
— Мы подумали, что тебе лучше не знать, это было бы странно…
— По-твоему, то, что сейчас, не странно?
— Ну-у-у…
— Саша, ты с кем поехал в свадебное путешествие, со мной или с ним?!
— Прояви капельку милосердия, ему жить осталось — год, от силы!
— Да фр! — вскочила Танька. — Вся эта русалка — бред и суеверие!
— Вовсе не бред, я сам её видел!
— А американка?..
— Американку не помню. А русалка была точно. Серебрякову требовалось немного развеяться, к тому же он жаждал сам показать мне Бомбей.
— И как бы он это сделал, чтобы я не заметила?!
— Ну… Не знаю. Так далеко мы не заглядывали. Может, переоделся бы американской туристкой…
— Саша…
— Ну что? «Фр»?
— Фр, разумеется. Я думала, ты мне изменяешь.
— А ты не думай, я и изменять не буду.
Я обнял супругу, потом вовсе подхватил на руки.
— Ну так что? Идём обедать? Или мы хотим иного?