* * *

Мужчина вернулся и протянул Роберте кипу отксерокопированных листов. Он сказал: «Удачи», но не стал задерживаться, чтобы ещё поговорить. Женщина тоже. Они двинулись к дальней стороне скорой. Туда же, куда ушла Вероника. А она всё ещё была там.

— Эй! — Роберта сделала большой шаг вперёд. — Это потрясающе. Спасибо. Позвольте спросить ещё кое-что. Есть ли какие-то физические требования? Нужно пробежать милю за определённое время или пронести какой-то определённый вес?

* * *

Вероника упала на землю и закатилась под скорую.

* * *

— Всё в книге, — сказал мужчина. Он продолжал идти. Женщина почти не замедлилась.

* * *

Вероника выкатилась с другой стороны скорой. Поднялась на ноги. Проверила, что её никто не видел. Затем забрала Роберту, и они неторопливо направились к своему внедорожнику.

* * *

— Это ошибка, — сказал Уолш. — Должна быть. Чарльз Стаморан?

Смит покачала головой.

— Это не ошибка. Мой парень перепроверил трижды. Это номер Стаморана. Нет сомнений. Он даже убедился, что это не какой-то другой Чарльз Стаморан.

— Невероятно.

— Вам не хочется в это верить, — сказал Ричер. — Есть разница.

— Министр обороны организовал убийство? Это нелепо.

— Нелепо? Почему? Только люди с определёнными должностями могут быть убийцами? Я ловлю убийц по роду занятий. Поверьте, они бывают всех форм и размеров.

— Вы правда думаете, что это правда?

— Думаю, это правдоподобно. Есть чёткая последовательность событий. Найлсен позвонил этому парню, «Джону Смиту», чтобы *потрясти дерево*, как он выразился. Джон Смит попытался перезвонить Найлсену, но ошибся и попал на факс. Джон Смит затем позвонил Стаморану. И Найлсен оказался мёртв. Джон Смит передал информацию наверх, когда зашёл в тупик, а Стаморан не стал рисковать. Для министра обороны это даже логично. На самую верхушку не пробиваются, не умея принимать жёсткие решения.

— Ты...

У Смит зазвонил телефон. Она ответила, послушала мгновение и сказала:

— Почему? — Потом: — Чушь. Кто-то должен мочь. — И наконец: — Ладно. Спасибо, что попытались.

Уолш сказал:

— Это прозвучало не очень обнадёживающе.

— Это был мой парень по записям звонков, — сказала Смит. — Мы не можем получить никаких подробностей о звонках на служебные линии или с них. Они какого-то особого образца Министерства обороны. Нет данных, ни входящих, ни исходящих.

— Значит, у нас только одна зацепка?

— Нам и нужна только одна, — сказал Ричер. — Если она правильная.

— Время сходится, — сказала Смит. — Передвижения Найлсена — и его пьянство — всё сходится, без сомнения.

— Есть только один способ узнать. — Ричер потянулся, взял телефон и начал набирать номер. — Теперь моя очередь трясти дерево.

* * *

Роберта Сэнсон нашла дорогу к первому адресу, который Вероника взяла с доски объявлений в пожарной части. Она притормозила у обочины, не глуша двигатель. Номеру дома соответствовала одна зелёная дверь в длинной глухой стене одноэтажного кирпичного здания. Никаких признаков активности не наблюдалось. По крайней мере, в это время дня.

— Игорный притон? — сказала Роберта.

Вероника сказала:

— Скорее всего. Мне это не нравится. Один вход. Нет возможности увидеть, что внутри. Голосую «пропустить».

— Согласна. — Роберта плавно тронулась с места и поехала ко второму адресу из списка. Сразу стало ясно, почему огнестрельные ранения так часты в этом районе. Окна дома были выкрашены в чёрный цвет изнутри. У входной двери валялась куча пластиковых бутылок. Пустые мешки из-под кошачьего наполнителя. Стопка вёдер, все покорёженные и погнутые. И даже из машины они чувствовали запах аммиака. Место было нарколабораторией. Это ясно. И дома по соседству, должно быть, тоже были, пока не сгорели.