«Как и у нас практически. Полный контроль за оборотом оружия. А учитывая одарённых, то и холодняк тоже превращается в грозную силу», — подумал я, а вслух произнёс:

— Это конечно хорошо, но я не умею ей пользоваться, — я хлопнул себя по поясу с притороченной саблей.

— Багратион научит, — кивнул егерь. — Сейчас только оденем тебя и к нему.

Базар оказался небольшим, но колоритным. Меня приглашали пройти в палатку и померить на картонке вполне заурядные кроссовки. Вот только вместо знакомой и понятной надписи «адидас» или на худой конец «абибас», здесь красовались: «ФОВ», что переводилось как, «Фабрика обуви „Волга“» и другие, исключительно русские наименования. Будто здесь Советский Союз не распался, а приобрёл иную форму существования.

Хотя, что это я! Если здесь есть император и благородные, то ни о каком социалистическом прекрасном настоящем не может быть и речи.

Неожиданно на помощь в выборе гардероба пришёл Семён Никитич.

— Это всё не пойдёт. Нам по лесам шастать с тобой, а не девок в сельских клубах кадрить, — качнул он головой, глядя на выбранные мной спортивные кроссовки, очень удобные. — Покажи нам всё для леса, — обратился он к продавщице, худой как спичка старушке с тугим пучком седых волос.

— Как скажете, — мгновенно сориентировалась она и, шустро куда-то отойдя, спустя секунду вернулась с тёмно-зелёным, почти чёрным полевым костюмом. — Вот! — с гордостью представила она мне.

Егерь придирчиво осмотрел сначала штаны, после чего и куртку с большим карманом на груди и капюшоном, которую придётся надевать через голову.

— Материал хороший, воду отталкивает, воздух пропускает, примерь, — кивнул он и обратился к продавщице: — И ботинки такого же качества нужны.

Потратив почти все деньги на базаре, нужно было и продуктов купить и рыльно-мыльные принадлежности и много чего ещё, я оставил сумки в машине, и мы отправились к Багратиону.

Небольшой бревенчатый домик на краю деревни навевал тоску. Здесь не было привычной для этих мест вечно брешущей собаки. Почерневший с дырами низкий забор. Сам дом казался покосившимся, а чёрные от времени брёвна виделись прогнившими и ненадёжными.

Семён Николаевич поднялся по скрипнувшему от натуги, но с честью выдержавшему крыльцу, сложенному из нескольких кирпичей и досок, и забарабанил в двери. Затем он переместился к единственному окну и повторил свой манёвр, но с меньшим приложением силы, дабы не высадить стекло.

Спустя где-то пять минут послышалось недовольное ворчание и двери распахнулись, показав на пороге хозяина жилища.

— Кто там ещё? — рыкнул человек с густой растрёпанной чёрной бородой и такой же причёской. Его покрасневшие глаза и нездоровый вид кричали о не самом правильном образе жизни.

— Багратион, — улыбнулся егерь, перестав барабанить в окно. — А я тебе ученика привёл! — После чего указал на меня.

— Не интересно, — бросил Багратион и захлопнул перед нами двери.

Меня подобное отношение откровенно задело. Я чем-то его не устраиваю?

Обычно я не столь импульсивен, но сейчас будто что-то толкнуло меня изнутри.

— Вы уверены? — процедил я, глядя на захлопнувшуюся дверь, а в сердце загорелся огонёк тепла.

Ответом мне была тишина.

Я сделал резкий рывок к двери и толкнул её двумя руками от себя. Скрип и треск раздались следом, и деревянная преграда влетела внутрь помещения, утеряв сцепления с проёмом.

— Ты чего?! — испуганно воскликнул Семён Николаевич, но я проигнорировал его.

— Вы не хотите меня обучать? — задал я вопрос в удивлённое бородатое лицо. — Почему?

Спустя мгновение Багратион собрался и, нахмурив густые брови, грозно рыкнул:

— Ты чего мне дом рушишь? Тысячу отжиманий!

Я уже хотел было сказать нечто резкое и нелицеприятное, но от его слов сбился и с непониманием уставился на него.

— Ты глухой что ли, ученик? Тогда так. Тысяча отжиманий, потом столько же приседаний, а затем дверь мне будешь чинить!

— Так вы… — начал я, но заметив угрожающий блеск в ярко голубых глазах, упал и начал толкать землю. Из-за сабли было неудобно, но делать было нечего. Мне нужен был этот человек, и если для того, чтобы стать сильным, придётся нагружаться физически, значит, таков путь.

— Семён, — позвал егеря Багратион. — Заходи, чайку попьём, да расскажешь мне всё, что про моего нового ученика знаешь.

— Давай, — послышался ответ егеря, и мимо протопали его ноги.

Удивительно, но магия внутри меня, казалось, стала горячее, когда я заканчивал последнюю десятку приседаний.

Мужчины давно уже обсудили меня и теперь общались на другие темы, которые мне были не особо интересны, потому я сосредоточился на поставленной наставником задаче.

Как только последнее приседание было выполнено, я ощутил, как тело загудело от усталости. Я пошатнулся, но схватившись за дверной косяк, удержался от падения.

Всё это время холодные голубые глаза наставника внимательно следили за моими телодвижениями.

— Отдохнуть может хочешь? — с участием поинтересовался он. И я бы поверил, если бы не взгляд, в котором не было и капли сочувствия.