Рикардо отложил последнее донесение и устало потер переносицу. Он бы сейчас многое отдал за то, чтобы Адриан и его свита каким-нибудь волшебным образом перенеслись в столицу Аталии. Чтобы весь этот пестрый и капризный балаган вернулся в королевский дворец. А Рикардо бы тем временем спокойно и планомерно продолжил захват Бергонии.

Но мечтам герцога ди Лоренцо не дано было сбыться. Вместо того чтобы сосредоточиться на военной кампании, маршалу приходилось выслушивать упреки короля и разгребать жалобы окружавших его дворян. Не будь с ним рядом Тони, который взял на себя большую часть этого бремени, Рикардо было бы намного сложнее держать себя в руках.

Придворные, привыкшие к комфорту даже в походных условиях, уже вторые сутки осаждали маршала жалобами. У одного не доехал личный повар. У другого где-то застряла повозка с гардеробом. Третий требовал отправить конный разъезд на поиски фургона с его коллекцией вин.

Рикардо сцепил зубы. Иногда ему казалось, что настоящий враг находится не впереди, за стенами Сапфировой цитадели, а прямо здесь, в собственном лагере.

Полог шатра шевельнулся, и маршал, не поднимая головы, процедил:

— Если это снова насчет чьих-то сундуков с бесполезным барахлом, передай, что маршал занят.

— Ваша светлость, баронесса де Варден просит принять ее, — как всегда спокойным голосом сообщил Тони Наппо.

Рикардо тяжело вздохнул. Эта женщина вызывала в душе маршала двоякие чувства. С одной стороны ее красота и грация манили его, но с другой — ее холодный и расчетливый ум заставлял постоянно держаться настороже. Особенно с учетом той миссии, которую она выполняла при дворе короля Адриана.

— Проси, — кивнул Рикардо, поднимаясь из-за стола.

— Ваша светлость, — раздался знакомый мягкий голос. — Клятвенно обещаю, от меня вы не услышите ни слова о сундуках и бесполезном барахле.

Баронесса де Варден вошла в шатер с той непринужденной грацией, которую Рикардо невольно отмечал каждый раз. А этот походный наряд выгодно подчеркивал ее прекрасную фигуру. Герцог даже на мгновение замер, внимательно разглядывая баронессу.

Тем временем она изобразила легкий поклон и едва заметно улыбнулась. И этот ее взгляд… спокойный и внимательный, словно она уже знала все, что он собирался ей сказать, и все, что он предпочел бы скрыть.

— Баронесса, — быстро взяв себя в руки, произнес Рикардо. Он галантно отодвинул кресло перед дамой. — Надеюсь, вы пришли не жаловаться на задержку обозов? Или, может быть, вам не хватает свежих устриц с южного побережья? А то мне тут уже пожаловались, что в лагере закончилось оливковое масло. Забери Бездна этих интендантов…

Баронесса позволила себе короткую усмешку. После того как она села, маршал тоже опустился в свое кресло. Откинувшись на спинку и сложив руки на груди, Рикардо спросил:

— Итак, мадам… Что привело вас ко мне?

— Слухи, ваша светлость, — произнесла баронесса и усмехнулась.

Рикардо нахмурился.

— Слухи? — недоуменно переспросил маршал. — Вы пришли обсудить какие-то слухи? Со мной?

Рикардо многозначительно обвел взглядом свой стол, заваленный бумагами, мол, ему сейчас для полного счастья не хватало только посудачить о каких-то слухах.

— Да, ваша светлость, — невозмутимо ответила баронесса. — Уверена, они достойны вашего внимания.

Рикардо слегка нахмурился и сдержанно вздохнул. Затем, помяв переносицу, он произнес:

— Мадам, в данную минуту я…

Договорить он не успел, баронесса его опередила.

— Ходят слухи, ваша светлость, — произнесла она скучающим голосом, при этом разглядывая свои аккуратные ноготки, — что вины интендантской службы в задержке ваших караванов с продовольствием нет… Всему виной летучие отряды маркграфа де Валье, которые уже несколько недель перехватывают все, что движется из Аталии сюда. Они перенаправляют ваши обозы в сторону Шерана. А то, что не могут забрать, либо раздают местным крестьянам, либо уничтожают на месте.

Рикардо медленно выпрямился. Пальцы, до того небрежно барабанившие по подлокотнику, замерли.

— Откуда у вас эти сведения? — спросил он, и его голос стал тише и жестче.

— Сведения? — спокойно переспросила баронесса. — О, нет! Это всего лишь слухи.

Рикардо подался вперед, не сводя с нее глаз. Люди, специально приставленные к баронессе, докладывали, что ни голубей, ни гонцов она не отправляет. К ней никто не приезжает. И она сама не покидает лагерь. Но при этом она всякий раз располагает сведениями, которых у него, маршала Аталии, при всей его развернутой системе разведки, не имеется. Как такое возможно?