— Вы хотите развязать войну? — Пигги побледнел.

— Войну объявите вы! — Конрад метнул ледяной взгляд в сторону мэра. — У меня таких полномочий нет. Но для начала мы должны объявить чрезвычайное положение.

Он порылся в складках плаща и вытащил свернутый в трубочку лист. Примостил его на столе и, придерживая одной рукой, поставил размашистую подпись. Затем, оставив на листе пергамента оттиск фамильного перстня, протянул документ мэру.

— Подписывай, Пигги, и ставь свою печать. — Конрад повернулся к рыцарям: — Эндрю, Лукас, ваши подписи на документе тоже необходимы.

Когда выполнили все формальности, Конрад удовлетворенно улыбнулся. Рассматривая чистый лист, заверенный печатями и подписями, он похлопал мэра по плечу:

— Текст указа я впишу самостоятельно. Вы же мне доверяете, мэр?

— Да-да, конечно, — закивал Пигги.

— Вот и славно. — Конрад повернулся к Лукасу: — Узнай, как продвигаются дела с поиском оставшихся трех андроидов. Уже светает.

Действительно, небо над городом понемногу стало приобретать грязновато-серый оттенок. Из окна дворца градоначальника стало видно, как тут и там по узким тропинкам шныряют вооруженные люди.

Ожидание затянулось. Мэр, угрюмо нахохлившись, развалился в кресле и теребил в руках золотой восьмиугольник, символ своей власти. Он переводил взгляд с безмятежно попивающего вино Конрада на Эндрю, который напряженно стоял у окна, наблюдая за растревоженным Городом.

— Значит, война? — снова прошептал Пигги.

— Война, мэр, война. Как ни крути, а спокойная размеренная жизнь ведет к упадку. Вы так не считаете?

Он покосился на Эндрю. Рыцарь лишь пожал плечами, продолжая рассматривать улицу сквозь мутное стекло.

Конрад плеснул в бокалы вино из изрядно опустевшей бутылки.

— Присоединяйтесь, господа.

Эндрю прищурился, всматриваясь в предрассветный сумрак. По главной аллее к дворцу спешил рыцарь. Судя по уверенной походке и пластиковым доспехам, во дворец направлялся Лукас.

— Я ненадолго вас покину, господа, — небрежно бросил Эндрю и вышел из зала.

Лукас торопливо шел по узким коридорам дворца. По его торжествующему взгляду и самодовольной улыбке сразу можно было догадаться, что рыцарь несет хорошую весть.

Повернув за угол, он носом к носу столкнулся с Эндрю. На секунду опешив, Лукас улыбнулся.

— Все в порядке, Эндрю! — Он протянул руку, в которой поблескивали кристаллы.

Однако Эндрю, казалось, не разделял радости Лукаса. Повертев один из кристаллов, Эндрю окинул сияющего рыцаря холодным стеклянным взглядом.

— Ну что ж… Пойдем порадуем остальных.

Он посторонился и пропустил вперед пританцовывающего от нетерпения Лукаса.

— Куда они все подевались? — Конрад нахмурился.

На улице уже почти рассвело. Скоро предстояло собирать народ на центральной площади, чтобы сообщить о провокации соседнего города Арнителя. Затем объявить Чрезвычайное положение и всеобщую мобилизацию. Окончательно сломленный Пигги находился в прострации. Время от времени он подносил к губам бокал с вином и с шумом делал несколько глотков. Затем снова замирал на неопределенное время. Наконец дверь распахнулась, и на пороге возник сэр Эндрю. Рыцарь прошел к столу и, не говоря ни слова, положил на него два кристалла.

— Уже хорошо, — промычал под нос Конрад. — Остался всего один.

Он сгреб кристаллы в сумку и поднял глаза на почтительно застывшего рыцаря.

— Ищите последнего бунтовщика. — Он покосился на мэра. — А я, пожалуй, заполню указ.

Он взял свернутый в трубку документ и медленно направился к столу.

— Да, кстати, а где мой сын, — через плечо бросил он.

— Лукас мертв, — бесстрастно произнес Эндрю.

Наступившая тишина оглушила, словно удар грома. Пигги, мигом протрезвевший, раскрыл рот, повернул голову в сторону рыцаря и замер. Конрад медленно обернулся. Ему показалось, что он ослышался.

— Что ты сказал? — Потемневшие зрачки превратились в кратеры вулканов, из которых вот-вот брызнет кипящая лава и испепелит всех и вся.

— Я убил Лукаса, — холодно произнес Эндрю. Он резко откинул назад роскошный плащ, обнажив торс. Надежно закрепленный в специальном разъеме на животе рыцаря мерцал последний десятый кристалл.

Рука Конрада машинально потянулась к мечу, но Эндрю действовал более стремительно. Секунда — и меч рыцаря-андроида летит в сторону командира; еще миг — и, прижав к окровавленному животу руки, Конрад, будто мешок с тряпьем, оседает на пол. Глаза Пигги расширились от ужаса. Рука непроизвольно разжалась, и по полу с веселым звоном разлетелись осколки бокала. Вино разбрызгалось по паркету и смешалось с кровью умирающего Конрада.