К 1940 году, когда Вонг Кунгкит решил уйти с государственной службы, у него уже был солидный капитал, дававший возможность начать любое дело. Но гангстер-чиновник мечтал округлить капитал, а давно известно, что наибольший доход приносят три вида деятельности — война, торговля и пиратство. Недаром еще Гете говорил об этом в «Фаусте»:

Никто не спросит: «Чье богатство?

Где взято и какой ценой?»

Война, торговля и пиратство —

Три вида сущности одной.

Господин Вонг Кунгкит выбрал пиратство и через некоторое время стал грозой торговцев на реке Янцзы, в устье которой расположен Шанхай, где пересекались интересы всех преступных кланов тогдашнего Китая и где можно было сбыть любое количество награбленного и «отмыть» какие угодно деньги.

Начав с Янцзы, Вонг Кунгкит вскоре вышел в Южно-Китайское море, где грабил торговые и пассажирские суда независимо от того, под флагом какого государства они плавали.

Но в 1946 году Вонг Кунгкит погиб. История его смерти содержит немало загадок, но, вероятнее всего, в ней повинны конкуренты пирата. Сначала они через подставных лиц сообщили Вонг Кунгкиту, что у него есть возможность перехватить на подходе к Гонконгу три джонки, нагруженные ценными контрабандными товарами. Но когда пираты, следуя «наводке», напали на джонки, их встретил кинжальный огонь пулеметов. Это была самая настоящая засада, а джонки играли роль приманки.

Бросив на произвол судьбы своих сообщников, Вонг Кунгкит добрался на моторной лодке до берега, но и тут его, оказывается, ждали. Схваченный, он оказался в тюрьме в Макао, но пробыл там недолго — некто с воли помог пирату бежать. Но, как выяснилось, побег был всего-навсего очередной ловушкой: как только Вонг Кунгкит оказался за тюремной стеной, его тут же расстреляли неизвестные люди.

В результате этой акции двадцатишестилетняя вдова пирата стала владелицей состояния в десять миллионов фунтов стерлингов, что по тем временам считалось суммой более чем внушительной.

Смерть Вонг Кунгкита вызвала ажиотаж в преступном мире. И в первую очередь среди ближайшего окружения погибшего. Всех волновал один и тот же вопрос: кто теперь встанет во главе преступной корпорации, которую так долго и так любовно пестовал бывший чанкайшистский чиновник? Ведь право быть ее руководителем механически давало право распоряжаться и ее гигантскими денежными средствами.

Этот вопрос, повторяем, живо обсуждался в преступных кругах, назывались кандидатуры на роль преемника Вонг Кунгкита, но ни разу кандидатура его вдовы. Никто не брал ее в расчет, полагая, что никакая женщина не в состоянии управлять таким сложным наследством, какое оставил Вонг Кунгкит.

Как показали дальнейшие события, предсказатели жестоко просчитались. Когда в конце концов два ближайших помощника Вонг Кунгкита пришли к вдове, чтобы та чисто формально (поскольку все уже было решено этими двумя) одобрила бы названную ими кандидатуру на пост руководителя корпорации, мадам Вонг — отныне станем называть ее так — спокойно выслушала помощников своего погибшего мужа.

Дело происходило в будуаре мадам, где она, сидя перед трюмо, занималась вечерним туалетом. Пришедшие, рассевшись в небрежных позах, говорили о том, что «фирме» больше нельзя оставаться без хозяина, что за дело должна взяться твердая мужская рука и они готовы взвалить на себя тяжелую ношу руководства, пусть только мадам укажет, кого из них двоих она предпочитает.

— К сожалению, вас двое, — ответила мадам, не отрываясь от туалета, — а фирме нужен один глава…

После этих слов мадам круто повернулась, и ошеломленные соискатели чинов и выгод увидели, что в каждой руке она держит по револьверу. Небольшие, очень изящные (их изготовил по заказу в спецмастерской, украсил перламутром и подарил жене вдень рождения покойный Вонг Кунгкит), они напоминали игрушки, а не смертоносное оружие. Однако грянувшие выстрелы разрушили эту иллюзию. Спрятав револьверы в ящик туалетного столика, мадам вызвала охрану и приказала убрать трупы.

Так состоялась «коронация» мадам Вонг, ибо после этого случая охотников говорить с нею о власти в корпорации не отыскалось.

Встав на место мужа, мадам Вонг произвела ревизию доставшегося ей хозяйства. Выяснилось, что ее флот составляет сто пятьдесят джонок, новейших торпедных катеров и канонерок. Те, кто думает, что джонки — это плохо, ошибаются. Современные джонки не имеют ничего общего с теми парусными судами, которые издревле плавали в южных морях. От них осталось лишь название, на самом же деле нынешние пиратские джонки представляют собой быстроходные корабли, оснащенные сильными двигателями, самым современным радио- и навигационным оборудованием и хорошо вооружены. Сплошь и рядом они имеют неказистый вид, но это делается намеренно, чтобы вводить в заблуждение как экипажи торговых судов, так и береговую охрану.

Состав флота показался мадам Вонг недостаточным, и она решила приобрести в Европе подводную лодку, но сделка по каким-то причинам не состоялась. Пришлось пока обходиться тем, что было под рукой.

Первой крупной операцией, проведенной под руководством мадам Вонг, стало ограбление в 1947 году голландского парохода «Ван Хойц». Он шел из Кантона в Шаньтоу, когда темной ночью его атаковали семь джонок мадам Вонг. Пароход был взят на абордаж и ограблен дочиста.

Как утверждала впоследствии полиция, «улов» пиратов составил 400 тысяч фунтов стерлингов.