– Стукачка-а-а, – крикнул Коршунов.

– Пойдем отсюда, – взволнованно попросила Леся.

Молча согласившись с ней, мы направились прямо к воротам школы.

– Ты еще и трусиха, – послышался очередной ехидный крик.

Леся потянула меня за рукав, но было поздно. Я вырвала руку и направилась прямиком к тупоголовой банде. Меня догнала Лера.

– Тебе же достанется, – предупреждающе сказала я.

– Я тебя не брошу, – решительно ответила подруга.

К нам подскочила Саша, а следом за ней что-то бубнящая себе под нос Леся. Мы подошли не слишком близко. У Саши и Леры уже были наготове снежки.

– Как ты меня назвал? – обратилась я к Коршуну.

Тот выглянул во весь рост из-за укрытия и гордо ответил:

– Стукачка и трусиха.

– А-а-а! – Я с криком налетела на него и повалила в сугроб.

Девчонки не стали медлить и начали забрасывать остальных снежками. Мельком я увидела, как Леся улыбается, снежком сбив с Матвея шапку. Но невнимательность стоила мне преимущества в этом бою. И вот уже я лежу, поваленная в снег, а надо мной высится довольный Никита. Однако он просто стоит и улыбается.

На секунду я опешила.

– Давай помогу. – Он, не переставая улыбаться, протянул мне руку.

Воспользовавшись этим, я кинула в него снежок, но не в лицо, а в шею. Снег посыпался ему за шиворот, и он как-то странно поморщился.

– Ты чего?! Я же помочь хотел.

– Себе помоги! – крикнула я, прежде чем убежать от него.

Но в самый последний момент я увидела, что он все еще улыбается, глядя мне вслед.

«Псих», – подумала я и побежала к Диме. Девчонки уже изрядно устали, как и другие ребята. На ногах остались только я и Коршунов.

Теперь мы кружили у сугроба, словно хищники.

– На будущее – я не стукачка. А вот ты – слабак, раз решил спрятаться за девчонкой!

Саша усмехнулась, еще больше разозлив Диму. Тот яростно смотрел то на меня, то на нее. Не зная, что ответить, он кинул снежок прямо Саше в голову. Я, не раздумывая, сделала ответный бросок, но Димка успел пригнуться, и снежок полетел дальше. Случилось непоправимое: снежок угодил в лицо стоящему у крыльца Андрею Евгеньевичу. Он зло посмотрел на нас.

– Опять вы?!

Конец дня. Все мы, участники снежной битвы, стоим в кабинете директора. Она яростно расхаживает по кабинету, учитель физкультуры что-то пишет на бумаге.

– Я вас предупреждала, не так ли?

Было понятно, что она обращается к нам с Димой, но мы промолчали.

– Каждого родителя в школу, – грозно объявила директор.

Я увидела, как в глазах девочек и даже мальчишек отразился испуг.

– Извините, но ребята ни при чем, это мы с Димой виноваты.

Директор снисходительно оглядела меня.

– Диана, не надо, – послышался шепот за моей спиной.

Обернувшись, я увидела Никиту.

«Псих», – подумала уже второй раз за час.

Сев за стол, директор громко объявила:

– Все свободны, кроме Дианы и Димы. Идите домой, и чтобы до завтра я вас не видела. А вы двое, – она указала на нас с Коршуновым, – раздевайтесь, будем ждать ваших родителей.

Никогда раньше я не видела, как плачет мальчик. Точнее видела, но то было в садике, а в школе это впервые. Я решила сохранить этот секрет.

И кстати, Андрей Евгеньевич вскоре уволился.

Семь лет спустя

– Я! – крикнула Лера, принимая мяч.

Верхней передачей она перевела его на меня. Я стояла под сеткой и выполняла свою лучшую роль – связующего. Каждую тренировку мы отрабатывали связку со мной и каждой девочкой из команды, и в этот раз я отдала мяч Саше. Оставалось всего одно очко до нашей победы в этом сезоне. Саша хоть и низкого роста, но ее прыжкам позавидуют даже высотники [1] .

Она выпрыгнула из-под сетки и со всей силы ударила по мячу, направляя его на другую половину поля.

Длинный свисток. Судья жестом показал очко в нашу пользу, а дальше я слышала только звон в ушах.

Трибуны взвыли! Девчонки бросились обниматься, тренер схватил Сашу и посадил на плечо. Море улыбок, смеха, крика и… звон будильника. Стоп! Будильник?

Звуки стали ярче и назойливее, а четкая картинка начала расплываться. Через секунду моим сознанием владел только звон, а перед глазами стояла черная пелена.