— Приезжай как можно скорее, чтобы они зачитали приговор, — сказал ему Соренсен. Аарон поспешил сказать родителям, которые начали собираться, пока он звонил доктору Томасу. Понадобилось немного посуетиться, но они все стояли на ступеньках здания суда меньше чем через час, дожидаясь родителей и брата Джульетты, которые приехали на пять минут позже них. Они всей группой прошли охрану, а затем пошли по коридору к залу суда, где их ждали мистер Соренсен и его помощница, мисс Лэндри.

— Что теперь будет? — спросила мать Аарона у Соренсена, пока они все собирались вокруг, чтобы послушать.

— Присяжные передадут приговор судье, который его зачитает. Не важно, что там будет, не реагируйте. Если их признают виновными, он назначит наказание, и они отправятся в тюрьму. Если нет, понадобится какое-то время, чтобы их выпустили.

— Такое возможно? — спросил отец Джульетты, одной рукой осторожно приобнимая жену. Казалось, он скорее поддерживал её, чем успокаивал. Брат Джульетты стоял позади неё, и Аарон задумался, для того ли это, чтобы поймать её, если она упадёт.

— Я так не думаю, но иногда присяжные могут удивить. Мы вложились в дело как можно лучше, и теперь остальное за ними, — Соренсен открыл дверь, и родители Аарона вошли первыми, а следом Аарон, Спенсер и доктор Томас. Члены семьи Джульетты зашли последними, и они всей компанией сели на первом ряду. Мистер Соренсен и мисс Лэндри заняли свои места за прокурорским столом. Ещё через несколько минут в зал привели закованных подсудимых. Аарон не часто молился, но в этот момент попросил у Джульетты небольшой помощи для того, чтобы мужчины остались под арестом.

Они все встали, пока заходили судья и присяжные, а затем время пришло.

— Старшина присяжных, встаньте, пожалуйста, — попросил судья, и Аарон смотрел, как женщина средних лет с короткими каштановыми волосами поднялась, с документами в руке. Её официальная одежда выглядела неудобной, лицо было серым. Она протянула документы одному из приставов, и судья попросил её снова сесть. Он прочитал документы, а затем попросил встать подсудимых.

— Подсудимый Питер Годфри, — произнёс судья, и Аарон наконец перевёл взгляд. Мужчина с длинными волосами был единственным, кто поднял глаза. — Относительно первого пункта обвинения, предумышленного убийства потерпевшей Джульетты Мартин, присяжные считают подсудимого виновным. Относительно второго пункта обвинения, попытки убийства потерпевшего Аарона Даунинга, присяжные считают подсудимого виновным. Относительно третьего пункта обвинения, сексуального насилия, присяжные считают подсудимого виновным, — судья продолжал читать, тот же приговор для подсудимого Юджина Мэлдона и тот же приговор для Джастина Фелпса, мать которого молча плакала. Всех троих мужчин признали виновными по всем пунктам. По щекам Аарона текли слёзы от ошеломлённого неверия. Всё закончилось. Он победил. Они сядут в тюрьму. Он обнял Спенсера, который стоял с одной стороны от него, а затем свою мать, которая стояла с другой стороны, пока судья не постучал молотком, призывая к тишине.

Второй адвокат защиты, стоя в центре стола, попросил судью подсчитать голоса присяжных. Аарон не знал, что это значит, но через мгновение судья сказал людям в зале сесть на места. Затем попросил каждого члена присяжных заседателей, одного за другим, сказать свой приговор. Каждый из них, стоя лицом к судье, ответил, что подсудимые виновны.

А затем всё закончилось.

— Подсудимые были признаны виновными по всем пунктам, адвокаты, мы назначим дату вступления приговора в силу.

Аарон едва мог слышать. В его ушах звенело только одно слово, снова и снова.

Виновны.

Они были виновны.

Наконец, судья отпустил их, и Аарон смотрел, как приставы уводят из зала чудовищ, всё ещё закованных, как животные, и они исчезли за маленькой дверью.

— Вы всё ещё просите пожизненное, без права на УДО? — спросил отец Аарона, не сводя глаз с двери, через которую только что вывели подсудимых.

— Да. Мы построили сильное дело с другими жертвами, так как их поймали на этом месте. Твёрдые улики и никаких отклонений. Теперь, когда им вынесли приговор, они более вероятно будут сотрудничать на других делах и сохранят деньги налогоплательщиков, никогда не выйдя из тюрьмы.

— Спасибо, — сказала мать Аарона, пожимая руку мистеру Соренсену. — Большое спасибо, что навсегда убрали их от моего сына.

— Я хочу, чтобы вы с Аароном вернулись и написали заявление о воздействии на жертву.

— Мы понимаем.

Аарон и Спенсер вышли из зала суда, держась за руки, оставляя вес заседания позади себя. Впервые за пять долгих лет, Аарону хотелось праздновать.

— Эй, мам, пойдём поедим мороженое.

— Думаю, это отличная идея.

Эпилог

— Боже, у меня такое чувство, что я могу взлететь, — сказал Аарон, пока они со Спенсером лежали на кровати в доме его отца. Волосы Спенсера всё ещё были мокрыми после душа. Спенсер рассмеялся.

— Думаю. Дело. В. Напитках. С. Ужина., — усмехнулся он, а Аарон перевернулся и лёг на него сверху.

— Может быть. Но я выпил всего три. Боже, они действительно исчезли, Спенсер. Действительно, по-настоящему исчезли.

— Да., Исчезли... И. Этому. Помог. Ты...

— Они отправятся в тюрьму навсегда.

— Они. Больше. Никому. Не. Навредят., — согласился Спенсер.

Спенсер обвил Аарона руками, и его сердце затрепетало, когда Аарон совсем не стал колебаться. Отец Спенсера потратил эти последние шесть недель, с момент вынесения приговора, чтобы провести с Аароном интенсивную терапию, помогая ему справиться со всеми чувствами после суда и обвинения мужчин, которые распотрошили его тело и душу. Спенсер приезжал каждые выходные, проводя ночь пятницы и субботы в кровати с Аароном. На работе всё замедлилось с тех пор, как программное обеспечение выпустили несколько недель назад, и уровень стресса стал более приемлемым. После суда Клэр снова начала с ним разговаривать. Эрик и Пол перестали от него прятаться, и всё было под контролем.