— Анна Дмитриевна! Ну сколько можно ждать?! — раздался недовольный мужской голос в конце коридора.

— Иду!.. Извините меня, — она поспешила на зов.

Мы остались втроём. Я не моргая, смотрела на двери операционной, Кармен тихонько барабанила пальцами по скамейке, закусив губу и пытаясь сдержать слезы, а Пегас крутил в руках чётки. Минуты тянулись томительно долго, время словно остановилось. Над дверьми продолжала гореть красная лампочка и ассоциации у меня с этим были не самые радужные. Чтобы не думать о плохом я стала считать про себя: "Раз… два… три… четыре…". Когда я добралась к цифре сто тридцать один, лампочка погасла и через некоторое время распахнулись двери операционной. На пороге возник врач в синем халате и такой же шапочке. Он остановился и уставился на нас. Кажется, он совсем не ожидал увидеть здесь родственников Криса. Держу пари, не пронесись мы как ураган, никто бы не пустил нас даже близко к этому этажу.

Кармен вскочила на ноги и подлетела к нему, вопросительно глядя ему в глаза. Я боялась пошевелиться, глядя на мужчину застывшими широко распахнутыми глазами. Это конец. Я не хочу жить без него…

— Как он?..

Врач развёл руками и слегка качнул головой:

— Сожалею, но нам не удалось спасти его… Травмы не совместимые с жизнью… Соболезную…

Кармен

— Как?.. — ошарашено пробормотала я, чувствуя как холодок пробежал по спине, а из глаз ручьями побежали слезы. — Как же так?..

Я обернулась к Тэш, предполагая самое худшее: истерику, слёзы, что она бросится на врача с кулаками, обвиняя его во всём, но этого не произошло. Она перевела взгляд с врача на двери операционной. По щеке её скатилась слезинка и она закрыла глаза. Шумно вздохнув, она стала медленно сползать вниз по стене и, осев на пол, затихла. Я обалдело смотрела на неё, не веря собственным глазам. Она не кидается на врача и не бьётся в истерике? Да такого просто быть не может! Я сама сейчас истерику закачу, а она так спокойна?!..

Пегас поднял её на руки и я поняла, что подруга без сознания. Врач сделал жест рукой и к ней тут же подскочила медсестра, сунув под нос флакончик с жидкостью. Так, главное мне сейчас не проделать то же самое. Никогда не теряю сознание, но…

Тэш застонала, поднесла руку к лицу, отмахиваясь от резкого запаха и открыла глаза. Секунду она ошарашено смотрела на нас, а потом отстранила медсестру и встала.

— Поехали… — прошептала она и побрела вдоль стены по коридору.

— Господи, за что ты так поступаешь с нами? — простонала я, опускаясь на скамейку, не в силах следовать за Тэш.

Пегас обнял меня за плечи и произнёс:

— Пойдём… Нельзя оставлять её одну…

Я бросила на него затуманенный слезами взгляд, машинально кивнула и поднялась. Да, он прав. Тэш в таком состоянии оставлять одну нельзя. Любой стресс и она становится невменяемой, а, следовательно, может натворить что угодно. Тем более, потерять для неё Криса равносильно концу света. Для нас обоих.

Пегас задержался на несколько минут в больнице, что-то обсуждая с врачом (я сейчас не в состоянии была ни на что реагировать), а я отправилась вслед за подругой к машине.

Не могу и не хочу сейчас ничего решать. Боже, просто какой-то дурной сон! Не верю! Не хочу верить, что его больше нет!

Я села на заднее сидение и рыдания вырвались наружу. Тэш сидела рядом и молча покусывала нижнюю губу. По щекам её беззвучно катились слёзы, глаза безжизненно застыли, как льдинки, но вопреки всем моим ожиданиям она совершенно спокойна. Почему? Я не могла ответить себе на этот вопрос. Быть может, оно и к лучшему, что она не бьётся в истерике. Но переживать горе молча…это тяжело. Это больно. Пусть бы лучше плакала вместе со мной!

Мы прибыли домой и я выползла из машины, не чувствуя под собой ног. Голова гудела и сердце тихо отсчитывало удар за ударом, отдаваясь в висках. Тэш осталась сидеть в машине, даже не шевельнувшись. Когда я наклонилась, чтобы помочь ей выйти, она взглянула на меня безжизненным взглядом, оттолкнула мою руку и пробормотала:

— Кать, я на работу поеду… Приеду поздно… Не жди…

— Какая работа?!.. В смысле не жди?! — я ошалело заморгала глазами, резко вынырнув из машины и от этого даже головой со всего маху стукнулась о крышу.

— Татьяна Алексеевна, это, конечно, не моё дело, но может вам лучше остаться дома?

— Со мной всё в порядке. Поехали, Пегас.

— Коль, отвези её домой после работы, пожалуйста. И дай мне номер твоего сотового, — вздохнула я, потирая ушибленную макушку и понимая, что мне не удастся остановить сейчас Тэш. Может, она права. Может, лучше забыться на работе, чем окунуться с головой в горе.

— Вы сами-то как?

— Я справлюсь…

Он продиктовал мне свой телефон, сел в машину и они уехали. Я проводила взглядом скрывшийся за поворотом автомобиль и закрыла калитку. Чувствуя, что сейчас снова разревусь, на ватных ногах я вползла в дом, заварила себе крепкий кофе и ушла к себе в комнату, сопровождаемая понурым Дандиком, который никак не мог понять по какой причине хозяйка не обращает на него внимания.