— Может быть.

— Это также может быть очень одиноко. Не давая людям шанса, ты никогда не узнаешь, подходят они тебе или нет. — Он смотрит на меня пристальным взглядом, и в моих жилах закипает беспокойство. — Некоторые люди будут пытаться пробиться сквозь твои стены, потому что увидят в тебе что-то, как, например, моя дочь. Но большинство? Они подумают, что это слишком сложно.

— Мне никогда не было легко открываться незнакомцам. Я не стал таким внезапно. — Я отвожу взгляд, а затем возвращаю свое внимание к отцу Авы. — Думаю, ты заметил это еще год назад.

Дакс вздыхает, откидываясь в кресле.

— Заметил. Сначала я подумал, что ты слишком заведен, чтобы с кем-то разговаривать, но чем больше я наблюдал за тобой издалека, тем больше ты напоминал мне животное в клетке. Того, кто привык жить в дикой природе и вдруг оказался в ловушке. Ты одиночка, Кольт, но это не значит, что ты должен оставаться таким навсегда.

— Старая версия меня не поверила бы в то, что я собираюсь сказать. — Я качаю головой и вздыхаю. — Я больше не хочу быть одиночкой.

— Приятно слышать, потому что моя дочь определенно хочет, чтобы ты был рядом.

— Я не собираюсь ее отпускать. — Признаюсь я, и глаза Дакса расширяются. — Я… я не имел в виду… я не буду пытаться… я просто хочу, чтобы она была со мной.

— Тогда будь с ней честен. — Он складывает руки на груди. — Она сказала, что вы не встречаетесь, а просто развлекаетесь. Но, глядя на то, как вы ласковы друг с другом, я не думаю, что соглашусь с ней. Вы много говорите, но вам комфортно друг с другом и в тишине. То, что у вас есть, глубже.

— Это глубже, но я не думаю, что она готова быть открытой со мной. Джефферсон был на вечеринке, и все прошло не очень хорошо, но она сказала мне, что пока не хочет говорить о нем, когда я спросил.

Дакс поджал губы.

— Она не сказала мне, что он был на вечеринке.

— Она сама неплохо с ним справилась. Как обычно. Она так сильно толкнула его, что он чуть не упал на задницу.

Отец Авы моргает, а потом разражается смехом. Я улыбаюсь, понимая, как мне нравится проводить с ним время. Это правильное и такое знакомое чувство. Как будто я знаю его всю свою жизнь.

— Вот почему я называю ее торнадо. Эмоции бурлят в ней, толкают ее на действия быстрее, чем она думает. Она разрушает все на своем пути, а через секунду успокаивается, как только выпустит свой гнев. — Он сужает глаза. — Ты сказал «как обычно».

— Я тоже часто говорю то, что не имею в виду, когда злюсь или не могу справиться со своими эмоциями. Я поплатился за это при нашей первой встрече.

— Моя дочь определенно знает, как постоять за себя. Даже если я не всегда одобряю ее методы. — Пробормотал Дакс с мягкой улыбкой на лице. — Я бы предпочел, чтобы ты держал себя в руках, потому что у нее не ангельское терпение, и ты рискуешь чем-то более ценным, чем думаешь.

— Принято к сведению.

Его телефон зажужжал, и он взял его со стола. Быстро проверив сообщение, Дакс встает и прячет телефон в карман.

— К сожалению, мне нужно идти на работу. Было приятно пообщаться с тобой, Кольт. Я рад, что Ава пригласила тебя провести Рождество с нами.

— Я тоже. — Он идет к двери, а я пролепетал свои следующие слова, боясь, что передумаю, если не скажу. — Я собираюсь навестить маму на Рождество.

Дакс оборачивается и смотрит на меня в мучительном молчании.

Затем он наконец говорит:

— Уверен, она будет рада тебя видеть. Там, где она сейчас, должно быть, очень одиноко.

И вот так я получил подтверждение. Он знает, что случилось с моей мамой.

— А ты…

— Иногда люди производят на тебя неизгладимое впечатление. Это был мой выходной, я возвращался домой после встречи с другом. По чистой случайности я оказался на мосту в то же время, что и твоя мама. Конечно, я не спускал с нее глаз. Я знаю, к чему привела та автокатастрофа, и мне очень жаль, Кольт.

Его телефон снова зажужжал, и я сильно сжал челюсть, боясь пошевелить даже мускулом. Я держу глаза широко открытыми, чувствуя, как они слезятся. Не хочу плакать, особенно в присутствии отца Авы.

— Сынок, твои эмоции обоснованы. Ты не должен бояться или стесняться их. Ты потерял кого-то очень важного для себя, не потеряв его. Эта боль, которую ты держишь в себе… она съедает тебя заживо, и тебе нужно ее выпустить.

— Я знаю.

Я избегаю смотреть на него, и он не настаивает.