— А тебя, дурака, в экспедицию за хрен никто не тащил, — подал голос Жагрин. — Сам напросился.

Бригадир последнее время выглядел больным. Злой стал какой-то. Видно исподволь чувствовал за собой вину, но признаться в том сам себе не торопился. А может и впрямь заболел, хотя раньше ни на что не жаловался. Уткнув нос в воротник куртки, он дремал на раскладном пластиковом стуле в углу жилой секции неподалёку от столика, где расположился Фан-Цзынь, заменивший Арсения Ивановича на посту руководителя экспедиции.

— Ещё неизвестно, кто из нас дурак! — парировал Сергей. — Я, например, перед тем толстым негром не тянулся, как некоторые, и не орал с выпученными глазами: “Господи, благослови Америку!”

— Обычный ответ при поощрении согласно Уставу Сил самообороны Сибирской Республики в память о первом Президенте России. Что тебя не устраивает? — раздражённо бросил Жагрин.

— Да, тот ещё был презик, — пробормотал в противоположном углу Осокин. — Земля ему гранитным щебнем.

Кем был тот президент, Зотагина абсолютно не волновало. Как и мнение о нём Леонида. А вот авторитет бригадира сильно упал в его глазах. С того момента, как они повстречали американцев. Откуда те взялись на пути «Витязя» посреди безлюдной тайги было непонятно, пока не выяснилось, что это Жагрин доложил кому следует о подозрительных действиях китайцев на территории Сибири. И об их намерении связаться с Уральской Республикой. И нечему тут удивляться. Сам ведь слышал, как тот говорил, что солдат и в отставке должен оставаться верным присяге. Понимал, что Жагрин формально прав, сигнализируя о готовящейся экспедиции. Ведь сами китайцы не уведомили об этом власти республики, следовательно находились на чужой территории без разрешения. Тайно и с неясными целями. Естественно, что те, кому следует, сразу же приняли сигнал бригадира в работу. И даже каким-то образом получали от него сведения об их маршруте. Скорее всего так и было, потому что очень уж уверенно подловили их в тайге американские рейнджеры. Вот из-за этих зеброидов и пошатнулся авторитет Иваныча в глазах Зотагина. Ладно бы свои, а то полосатики! Под командованием высокомерного и самодовольного сержанта. Афроамериканца. Зотагин даже имя его запомнил. Остин Ллойд.

Ничто не предвещало неприятностей. Шли как обычно, меняясь за рулём каждые два часа. С утра в кабине с Зотагиным и Лу в качестве охранника ехал Дзьонь, а в полдень сразу после короткой остановки на обед его сменил Тихон со своими колючими ёжиками. Остальные коротали свободное время в жилой секции «Витязя». Фан-Цзынь почти не отрывался от своего ноутбука, проверяя-перепроверяя что-то известное только ему. Голубчик однажды тоже сунулся было к ноутбуку, но получил отповедь и от главного у китайцев, и от бригадира. Сергей больше всех страдал от отсутствия интернета. Ибукс его не устраивал, а играть в го он не умел и учиться не захотел, хотя Илья с Денисом ему не раз предлагали. Спорить с Осокиным, как в шале, не получалось. Не было драйверов в виде блогеров и телевизора. Да и сам Леонид предпочитал спорам игру в шахматы с бригадиром.

Так прошёл почти месяц. Зотагин быстро привык к транспортёру. Проходимость «Витязя» и впрямь была сумасшедшей. Выбирай маршрут, – а уж он сам вывезет куда надо. Шестьдесят тонн, считая груз, никакие дебри не остановят. Скорость, конечно, не сравнима с той, что была у его «Петрухи», зато плавает. Что надо машина, в общем! Выносливая. Без малого тысячу километров по бездорожью прошла, и хоть бы хны. Только раз разулись, но тут Зотагин сам виноват: нечего было вылезать из речки на крутой берег с завалом из бурелома. Много нового он тогда о себе узнал. Пока гусеницу на место ставили. Позывных было, выбирай – не хочу. Лешак на их фоне детская дразнилка. Вот только ни к чему здесь позывные. До дорог сотни вёрст в любую сторону. Не с кем словом по рации перекинуться. Думал на заранее приготовленном для них чек-пойнте, где неделю назад горючкой заправлялись, хоть какие новости узнать, но не тут-то было. Ни одной живой души там не оказалось. Самим пришлось нянчиться с бочками арктической солярки и моторного масла, что дожидались их в наспех сколоченном сарае, укрытом среди густого ельника.

Сегодня обошлось без приключений. Встретилось несколько мелких речушек, но их преодолели шутя. Перелетели, можно сказать. В дебри на авось тоже не лезли. Заранее намечали маршрут с помощью дрона. Запустишь его два-три раза в день и уже знаешь где транспортёр пройдёт без особого труда, а какие места лучше объехать. Главное научиться карту читать. Без навигатора в тайге прожить тоже можно. Обходится же без него Егорыч. Как он там, интересно? И тётя Пана. Удивляется, наверное, почему он не заезжает. Брыся так смотрел на него тогда, будто знал, что больше не увидятся. Кошки, они такие. Загадочные. Если у него когда-нибудь будет свой дом, он обязательно заведёт кота. И назовёт Брысей.

Размышляя обо всём этом, Зотагин не заметил, как наступил вечер.

— Глуши мотор, Саня! — услышал он Тихона. — Бригадир сказал, на сегодня хватит. Шабаш, ёжики колючие! — Жиртуев положил рацию перед собой на торпедо и, придержав рукой лежащий на коленях «калаш», извернулся, чтобы снять наброшенный на спинку своего кресла бушлат.

Зотагин остановил транспортёр на краю большой прогалины и привстал из-за руля выбирая место для стоянки. Солнце ещё не скрылось за горизонтом и красило вершины заснеженных деревьев в нежно-розовый цвет. Закат полыхал золотом и пурпуром. Снег на поляне отражал краски неба, добавляя в палитру синеву теней и матово-белое с серебряными проблесками свечение. Портить эту красоту гусеницами Зотагину не хотелось, да и незачем сейчас. Пусть поживёт до завтра, когда они двинутся через эту прогалину дальше. А пока Зотагин выкрутил руль вправо и осторожно завёл транспортёр в подлесок. С минуту, прислушиваясь, погонял двигатель на холостых оборотах и повернул ключ зажигания. Вторжение железного монстра вызвало короткий снегопад с ближних деревьев.

— Устал… — Зотагин расслабленно откинулся на спинку водительского кресла. — Сколько мы сегодня прошли, Лен?

— Меньше, чем хотелось, — ответила та.

— Завтра наверстаем, — лениво пообещал Зотагин, глядя как снежинки, медленно кружась, падают с веток на секции лобового стекла. Снаружи слышались громкие щелчки остывающего на морозе металла.

Елена скользнула за сиденья в жилой отсек кабины. Вернулась через пару минут уже одетая в зимнюю парку. Вторую несла в руке для Зотагина. Жиртуев тоже был одет.

Тепло из кабины сразу выдуло, едва они открыли дверцы. Мороз сперва не чувствовался, но вскоре стал ощутимо прихватывать. Колючести добавляли порывы ветра. Солнце совсем скрылось, и небо нависло над тайгой сине-серым покрывалом. В просветах облаков крупно сияли звёзды. Пахнуло дымком: пассажиры «Витязя» затопили у себя печку.

У второй секции транспортёра они встретили Илью. Он тоже только вышел и теперь собирался протаптывать в сугробах вокруг «Витязя» тропинку. Чтобы охране было удобнее его обходить. Дежурили ночью, меняясь каждые два часа. Все, кроме Лу и Зотагина.