Мика и не думала нарушать указания смотрителя. Ей хватало дел и в окрестностях завода. Здесь было полно брошенной техники. То, что можно было отремонтировать, давным-давно растащили жители ближайших посёлков. В сто двадцать восьмом имелось несколько восстановленных грузовичков из этих мест. Зато хватало мелочей, которыми могла поживиться маленькая металлоискательница.

Забравшись в кабину самосвала Мика самозабвенно разбирала приборную панель машины и не заметила изменения погоды. Спохватилась она только, когда вокруг резко стемнело: грозовой фронт уже начал накрывать участок над заводом.

Девочка выбралась наружу и чуть было не упала в пыльную траву от резкого порыва ветра. Успеть добежать до посёлка, пока стихия не разошлась окончательно, возможности не было. Тяжёлые капли уже начали тяжело и гулко ударять по кузову самосвала. Сейчас дождь не был так опасен, как во время создания Цитаделей. Тогда в отравленном промышленностью и ядерными бомбардировками воздухе образовывались опасные ядовитые облака, несшие с собой смерть и увечья. Но шквалистый ветер среди развалин представлял угрозу.

А ещё гроза. Мика очень боялась грозы. При первом намёке на гром девочка устремилась к маячившим неподалёку кирпичным постройкам – с виду целым и даже с сохранившейся крышей. Влетев в дверной проём, металлоискательница забилась в самый дальний от входа и окон без стёкол тёмный угол. Это оказалась какая-то маленькая каморка, может даже бывший санузел. Раскаты грома не позволяли Мике осмотреться как следует. Ей хотелось лишь спрятаться от вспышек молний и покрепче зажать уши ладошками.

В каморке девочка смогла укрыться и почувствоваться себя в относительной безопасности. В темноте она нащупала гору какого-то лохматого тряпья, к которой прислонилась, свернувшись калачиком на полу. Зажав уши, Мика стала напевать единственную хорошо известную ей песню: колыбельную, которую нежно мурлыкал ей перед сном дядюшка Роб. Постепенно девочка смогла отвлечься и успокоиться настолько, что уснула под равномерный шум ливня, который помогал заглушить звуки грозы.

Земля дрогнула, и Мика повалилась на бок. Потирая затёкшие колени, она пыталась понять, что произошло: землетрясение или взрыв? Что толкнуло её? Прислушалась: на улице всё ещё шуршал дождь, но уже без грозы. Девочка уселась на полу по-турецки, потянулась и привыкшими к полумраку глазами заметила движение. Гора тряпья, на которую Мика недавно опиралась, как на подушку, зашевелилась. Металлоискательница медленно отодвинулась к дальней стене каморки, хотя далеко в тесном помещении удалиться не получилось: до странной подвижной груды было всего около метра. Мика подняла с пола кусочек штукатурки и легонько кинула в сторону странного создания.

Сонная девочка не сомневалась, что это нечто живое, но ещё не осознала возможную опасность. От удара обломка существо резко шарахнулось в противоположный угол каморки – тоже всего-то на полметра дальше от ребёнка. Встретилось два перепуганных взгляда: разноцветные глаза Мики вглядывались в красные глазки на жуткой морде мутанта. Кроличьи уши, большие передние зубы и поведение зверя не оставляли сомнений, что перед девочкой дрожит грызун, который, как и она, спрятался здесь от грозы.

Только даже в сидячем положении кролик был высотой с саму девочку, если бы та встала в полный рост. Из шерсти торчали крупные заострённые чешуи, дававшие зверю сходство со сказочным ящером или динозавром из любимой детской энциклопедии, которую где-то откопал Роб. По собранным и выменянным в других посёлках книгам смотритель обучал поселковых детишек чтению и наукам. Благодаря этому, Мика смогла прочитать часть полустёртой надписи на металлическом кольце с остатком цепи, болтавшемся на передней лапе кролика: «Лаб..т..рия. Бл..к А. ..екция № ..23».

Внезапно кролик перевёл взгляд на вход, издал писк и ринулся в дальний от двери угол так, чтобы оказаться за Микой. Девочка проследила за его взглядом и поняла, чего испугался огромный зверь: в здание пробралась крупная, размером с жирную домашнюю кошку, промокшая серая крыса. Сама Мика крыс не боялась, хотя таких огромных ей видеть не доводилось. Девочка знала, какой вред могут принести эти твари, и с каким рвением с ними боролись в посёлке. Кролик за спиной попискивал и шипел от страха, а крыса стала с интересом принюхиваться.

– Ах ты прожорливая морда! – Мика подхватила тот же кусок штукатурки, которым легонько кидала в кролика. – Жирная, что чуть дышишь, а принюхиваешься, как к обеду!

На этот раз увесистый обломок полетел стремительно, брошенный со всей силы, и попал крысе точно в голову. Метание всяких предметов в цель было одним из любимых развлечений детишек в посёлке, поэтому у крысы было мало шансов уйти целой. Животное с визгом замотало головой, разбрызгивая кровь из разбитого носа, и, раскачиваясь из стороны, в сторону выбежало обратно под дождь.

Мика выглянула следом и заметила смотрителя Роба. Тот, завернувшись в старый зелёный клеёнчатый дождевик, направлялся к зданию. Не дождавшись окончания дождя, он отправился на поиски девочки. Согласно договорённости, она всегда сообщала, в какую сторону отправляется, и строго придерживалась указанного направления – чтобы выживать за стенами Цитаделей необходимо было придерживаться правил, и это понимали даже дети.

– Я так и знал, что ты укроешься здесь, если не успеешь вернуться, – Роб потрепал Мику по голове в смешной шапке с заячьими ушами. – Не сильно испугалась грозы?