— Значит мама у него? — снова уточнила Алина.

— Мама? — переспросила тетушка, слегка нахмурившись, а Алька тут же смутилась.

— Я Марину иногда про себя так называю. — начала объяснять девочка. — Она очень хорошая, а я никого с самого рождения мамой не звала.

— Ну, тебе виднее. — слегка поджала губы Евгения Сергеевна.

«Зря я, наверное, при ней оговорилась» — подумала Алина. — «Все-таки тетя Женя двоюродная сестра моей настоящей мамы и ей это может быть неприятно».

Тут машина въехала во двор и остановилась у небольшого больничного корпуса. Водитель вышел и отправился в приемный покой. «Какой смешной толстяк» — подумала Алька, глядя на его мешковатую одежду.

— Теть Жень, а меня-то зачем к врачу? — наконец догадалась спросить девочка.

— А ты разве ничего не помнишь?

Алина только покачала головой.

— У тебя был сильный нервный срыв и ты потеряла сознание, когда подумала, что папы нет в живых. Мы вызвали врача, он сделал тебе укол и ты уснула. Но Марьяна решила, что тебе обязательно надо пройти обследование и позвонила своему знакомому доктору.

— Что-то много у Марины знакомых мужчин объявилось в последнее время. — недовольно буркнула себе под нос Алька.

— Ты что-то сказала? — повернулась Евгения Сергеевна.

— Да нет, просто мысли вслух. — Алине почему-то не захотелось обсуждать Марининых знакомых с тетей Женей.

Очень вовремя на крыльце появился водитель и махнул им рукой. Алина вполне бодро спрыгнула на землю и вместе с тетушкой они направились к больничному корпусу. Девочка еще ни разу в своей жизни не лежала в больнице, поэтому с интересом рассматривала крашеные в белый цвет стены приемного покоя, небольшую очередь из тех, кто собирался ложиться на лечение, а особенно ее заинтересовал молодой человек с большой профессиональной видеокамерой на плече. Пожилая медсестра сердито выговаривала ему, показывая рукой на выход.

— Ну все, хватит уже, поснимали и хватит. Нам работать надо.

Молодой человек задорно улыбался, пятясь к двери, а когда увидел, что Алина на него смотрит, лукаво подмигнул и в последний раз широко обвел объективом камеры помещение приемного покоя.

— Беда с этими репортерами. — продолжала ворчать медсестра. — Ну чего интересного в том, что кандидату в депутаты в кафе набили морду. Нет, нужно тут же соваться в отделение с камерой.

«Чудной какой» — подумала Алька про молодого человека, но тут тетя Женя потянула ее за руку в боковую дверь, потом они прошли по коридору и постучали в другую дверь, на которой было написано ПРОЦЕДУРНАЯ.

В комнате находился врач в светло-зеленом халате и такого же цвета шапочке. Он стоял возле окна и курил в открытую фрамугу. Вид у него был какой-то замученный, а взгляд встревоженный.

— Здравствуйте, Валерий Андреевич, вот и мы. — голос у Евгении Сергеевны стал немного заискивающим.

— Здравствуйте, дверь закройте, пожалуйста. — доктор нервно взмахнул рукой. — Проходите.

Алине вдруг сделалось не по себе. В комнате пахло лекарствами, стояли небольшие столики, прикрытые белыми салфетками, на двух кушетках лежали коричневые клеенки. «А курить здесь точно нельзя» — с раздражением подумала девочка.

Доктор, наконец, выбросил сигарету и прикрыл фрамугу. Встретившись взглядом с Алиной, он понял, что та нервничает и тут же широко улыбнулся.

— Прошу. — показал он на одну из кушеток и, когда Алина села, спросил. — Как нас зовут?

— Алина.

— Это хорошо, что Алина. — протянул Валерий Андреевич, а его мягкие пальцы уже ощупывали Алинину шею, мяли за ушами и оттягивали нижние веки.

— А вы давно знаете Марину? — вдруг спросила Алька.

— Марину? — доктор от неожиданности убрал руки и посмотрел на Евгению Сергеевну. — А, ну конечно! Лет пять уже точно. Давай-ка ложись, я тебя посмотрю.

Алина вытянулась на кушетке и минут десять терпела, пока Валерий Андреевич прощупывал ее живот, простукивал и прослушивал легкие, а под конец даже измерил ей давление. Таким же аппаратом Марина иногда мерила давление соседке бабе Тоне.

— Ну, что я могу сказать. — доктор повернулся к Евгении Сергеевне. — В целом девочка здорова, но нужно будет сделать серию анализов, чтобы убедиться окончательно.

— А это долго? — встревожилась тетушка.

— Думаю, что за два дня управимся. Сейчас вам покажут палату, а после вы принесете все необходимое.

Все втроем они вышли из процедурного кабинета и Валерий Андреевич махнул рукой медсестре, которая что-то записывала в большой журнал.

— Проводите девочку в бокс. — распорядился он и, попрощавшись, скрылся за дверью с надписью ОРДИНАТОРСКАЯ.

Бокс представлял из себя отдельную маленькую палату, где стояла одна кровать, одна тумбочка, один стул и телевизор на низком столике. Справа от входа находился крошечный санузел. Зато окно было большое, во всю стену и занавески на окне были веселенькой расцветки. Особенно Альку обрадовал телевизор.