Пути назад нет. Я не могу сдаться. Не сейчас. Не в этот раз. На этот раз я выберусь отсюда, чего бы мне это не стоило. Прислушавшись к тишине, понимаю, что соседний коридор пуст. Осторожно подойдя к повороту, выглядываю из-за угла. Никого. Бесшумно иду вдоль по стене. В кромешной тьме, на ощупь, стараюсь найти перила лестницы. В нос ударяет противный запах сырости, и я морщусь. Ухватившись за старые, дряхлые деревянные перила, осторожно ставлю ногу на ступень. Прикусив нижнюю губу, тихо спускаюсь на первый этаж. Вновь осматриваюсь по сторонам, но к счастью, коридор был пуст. Прислонившись к стене, не спеша иду вперёд. Камеры в коридорах не работают уже несколько лет, и я не боюсь, что меня могут увидеть.

Поправив рукава старой, потрёпанной, серой толстовки, сжимаю руки в кулаки и, привстав на носочки, как можно тише продвигаюсь к выходу. Я не сдамся. Я смогу. Побег – единственный способ спастись. Оставаться здесь я больше не намерена.

Как и любой «добросовестный человек», наш охранник выполнял свою постоянную работу – спал. Тусклый свет ночной лампы освещал область рабочего стола и выгодно отбрасывал тень на коридор. Осмотревшись по сторонам и поняв, что путь для свободы открыт, я сделала глубокий вдох и уверенным шагом направилась к двери. Всего лишь два-три шага, и я свободна, как вдруг, доски под ногами начали скрипеть. Блять!

– Стоять! Куда собралась, сука! – раздался позади меня злобный мужской голос. Я замерла, чувствуя, как по спине пробежался холод. Твою мать! Неожиданно, меня резко хватают за руку и разворачивают на месте. Рядом со мной стоял охранник. Высокий мужчина сорока лет. Достаточно крепкого телосложения. Высокий лоб, выпуклые скулы, заострённый нос. Над правой бровью у него был уродливый шрам, придававший ему жуткий вид. Он напоминал маньяка. Мужчина похотливо смотрел на меня, кривя губы в омерзительной улыбке. Тёмно-русые волосы были взъерошены, а руки с такой силой сжимали мои плечи, что я пискнула от боли.

– Куда собралась, куколка?! – вновь спросил он, толкая меня в стену. Я ударяюсь затылком, но всячески игнорирую боль, понимая, что эта мразь хочет от меня. Я давно заметила, как он смотрит на меня. Я попыталась убежать, но он прижал меня своим телом, блокируя пути для побега. Страх и паника окутали меня, пульс участился настолько, что стало трудно дышать.

– Отпусти меня, урод! – сквозь сжатые зубы, говорю я, ощущая, как его рука давит на моё горло, перекрывая доступ воздуха.

– О да, куколка, конечно. Только тогда тебя ждёт наказание. А знаешь, что с тобой будет? Таких, как ты, здесь не любят. Тебя пустят по кругу. Будут трахать во все щели до тех пор, пока ты не сдохнешь. А если выживешь, отправят в бордель. Хочешь этого? – рычит он в моё лицо, смыкая свою руку на моём горле, сжимая его. Я задыхаюсь, жадно глотая ртом воздух. Пинаю его ногами. Пытаюсь отцепить его руку от горла. Но он игнорировал мои жалкие попытки вырваться, продолжая давить. Задыхаюсь, но продолжаю бороться за свою жалкую жизнь. Заметив на столе, что стоял рядом, ножницы, с трудом дотягиваюсь до них. Занеся руку, быстрым движением вонзаю ножницы в горло мужчины. Он кричит от боли, отпускает меня, хватаясь за шею. Воздух врывается в лёгкие, заставляя меня давиться. Из глаз текут слёзы, но я продолжаю бить его. Толкаю его, и он падает. Ярость окутала меня, сознание заволокло на дно. Адреналин бушевал в крови, я не могу остановиться. Я бью, вымещая на нём всю свою злость и обиду. Брызги крови пачкают руки, лицо, но я не могу остановиться. Слишком мощна и сильна ярость. Боль.

Наконец, когда тело подо мной перестало шевелиться, я остановилась. Прикрыв глаза, делаю глубокий вдох. Специфический запах крови ударил в нос. К горлу подступил ком, а внизу живота появились рвотные позывы. Открыв глаза, вижу под собой мёртвого охранника, чья глотка была вскрыта и разорвана. Багровая кровь залила пол, образовывая огромную лужу. Я вскрикиваю и отползаю в сторону. Ножницы выпадают из рук. Реальность беспощадно бьёт по мне. Убила. Я убила его. Его кровь на моих руках. Паника захватила меня в свой плен, слёзы потекли из глаз. Убила. Убила. Я убила человека.

Встав на ноги, стираю с лица кровь и бегу к двери. Боль пульсирует внутри, вытаскивая из клетки чувства. Открыв дверь, бегу без оглядки назад. Тяжело дышать, но бегу изо всех сил. Оставляю позади это проклятое место. Задыхаюсь от бесконечных рыданий, от боли в боку, но бегу. Ночные улицы Калифорнии были пусты и безлюдны, что служило большим плюсом. Я не знала, куда именно бежала, просто знала, что должна убежать, как можно дальше. Надо спрятаться. Они будут искать меня.

«Он заслужил это. Это не твоя вина», – постоянно крутилось в моей голове.

Остановилась я лишь тогда, когда перестала чувствовать свои ноги. Не в силах удержаться, падаю на колени и, положив на них руки, пытаюсь привести дыхание в норму. Всё тело ломило от усталости, импульсивные судороги до боли сводили ноги, заставляя меня кусать нижнюю губу, дабы не закричать в голос. Что-то давило изнутри, мешая дышать. Я не виновата. Я защищалась. Он заслужил смерти. Заслужил. Я не чувствую вину, лишь что-то омерзительное скребётся внутри души. Боль пульсировала, не позволяя забыться. Открыв глаза, опускаю взгляд на окровавленные руки. Сжав зубы, стираю кровь рукавами толстовки. Бесполезно. Стало только хуже. Спокойно. Сейчас самое главное не поддаваться панике. Ветер ударяет в лицо, развивая пряди светло-русых волос по сторонам. Дышать легче. Свободна. Я свободна. Вновь прикрыв глаза, делаю глубокий вдох, стараясь почувствовать запах свободы. Вдали слышатся машинные гудки, музыка, приглушённый шум. Это и есть жизнь вне стен приюта? Но… Но где я?

Поднимаюсь с колен и осматриваюсь по сторонам. Совершенно незнакомая обстановка: рядом дорога, на тротуаре ни одного прохожего, а вокруг витрины уже давно закрытых магазинов, несколько лавочек и фонтан. Ночная тьма одновременно притягивала и пугала меня своей неизвестностью. Я не знала, куда мне идти, но одно я знала точно: необходимо смыть кровь с рук. Подойдя к фонтану, опускаю руки в воду. Она холодная, от чего начинаю дрожать. Яростно тру руки, смывая с них следы убийства. Умывшись, выпрямляюсь и поднимаю голову к небу. Я вижу сотни тысяч звёзд и, впервые за несколько лет, чувствую на губах улыбку. Свободна.