— Конечно сможем, — одобрительно отвечал Лозарг.

— Хочется чего-то нового. Сент-Этьен я уже весь исходил. В нём всё так обыденно и привычно, что аж порой тоска находит.

— Я тебя понимаю. Мне тоже иногда хочется побывать в других городах, но только лишь для того, чтобы понять — лучше города, в котором ты родился, нет.

Дорога показалась мучительно длинной. Деревья медленно уплывали назад, а вороньё лениво копошилось в своих гнёздах, которыми были усыпаны все кроны. Долгое и невыносимое молчание нарушил Лозарг.

— Ночевать будем в подвалах и на чердаках? — спросил он.

— А у нас есть выбор? — удивлённо улыбнулся Бастьен.

— Выбор есть всегда, только не всегда он удовлетворяет того, кто выбирает.

— Это верно.

Приезд в новый город вызвал у Жана бурю эмоций.

— Это город богов, — говорил он, восхищаясь городскими строениями, — и здесь живут боги и богини.

— Мне кажется — ты преувеличиваешь.

— Вовсе нет. Это так и есть. Этот город очень прекрасен. Я бы остался здесь навсегда…

— Зачем тебе это?

— Мне здесь нравится. Этот город веселит моё сердце.

— У меня дурное предчувствие, Жан, — настороженно сказал Лозарг.

— Да брось ты, — продолжал любоваться городом Бастьен, — что может случиться плохого в таком городе?

— Надеюсь — ничего.

— А я знаю, что ничего плохого не случится, — утверждал Жан.

— Ты не забыл, что через четыре дня полнолуние? — напомнил лорд.

— Ах, да, — опомнился Бастьен, — время жатвы?

— Да. Мы уже давненько ничего такого не делали. Нужно собрать немного душ.

— Хорошо. Сделаем. Но ведь это взбудоражит весь город.

— Это уже не наше дело. Пусть боятся. Больше людей будут носить кресты, а значит нам придётся меньше убивать. Разве это плохо?

— Это очень даже хорошо. Знаешь, мне порой бывает жалко их, — сожалеюще сказал Жан.

— Лозарг… — послышался откуда-то из-за спины шепчащий голос Люцифера, напоминающий эхо воспоминаний.

Лорд остановился и обернулся, но никого не увидел.

— Иди, я догоню тебя, — сказал он Бастьену.

Когда тот отошёл, перед вором из потока толпы возник Люцифер.

— Через четыре дня будет хорошая ночка, — злобно улыбался он.

— Такая же, как и все предыдущие, — равнодушно возражал лорд.

— Нет, ты ошибаешься. Эту ночь ты будешь помнить ещё очень долго. И день, которой наступит после неё.

— Что ты задумал? — нахмурясь спрашивал Лозарг.

Дьявол засмеялся.

— Ничего хорошо. До встречи, — он растворился в толпе, — береги себя, — послышалось из воздуха.

Вор что-то заподозрил, но раздумывать над этим не стал и бросился догонять Бастьена.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Да, всё хорошо.

— Смотри, — Жан остановился и указал куда-то в толпу.

— Что там? — пытался разглядеть Лозарг.

— Да нет же. Вон, — Бастьен указал на девушку, стоящую возле булочной и разговаривающей со своей знакомой. Её белокурые, с золотистым отливом, волосы прикрывали не большой вырез на груди. Милое округлое личико украшали тоненькие алые губки. В карих глазах отражался город, — она прекрасна, — восхищаясь, говорил Жан.

— Вот ты о чём, — Лозарг увидел, что показывал ему товарищ, — так что ж ты медлишь?

Бастьен собрался сделать шаг, но лорд остановил его:

— Найдёшь Розовую башню. Встретимся вечером на её крыше.

— Хорошо, я понял.

Бастьен подошёл к той девушке. Его появление вызвало у неё улыбку. Он что-то говорил, а улыбка не сходила с её лица. Потом Жан протянул ей руку, и они неспешно пошли смотреть город, но Лозарг этого уже не видел. Он направился в квартиру Артура. Как и сказал ему отец, в доме, возле Розовой башни, дверь в одной из квартир на третьем этаже была с начертанием феникса. Лорд вошёл в неё. Комнаты были пусты — никого не было. В одной было открыто окно. На столе стояла свеча, а рядом возле стены лежали две кучки пепла — это был прах Артура. В одной из комнат стоял настежь распахнутый шкаф, рядом с которым лежали несколько монет. Лозарг понял, что в этом шкафу были сбережения Левена, и их забрала Луиза. Вор решил, что здесь можно пожить во время пребывания в городе. Он покинул квартиру и решил прогуляться по Лиону. К вечеру вор взобрался на крышу Розовой башни и стал ждать Бастьена. Жан явился, когда начинался закат.

— Как твои дела? — спросил Лозарг.

— Всё превосходно, — радостно ответил Бастьен.

— А что с девушкой?

— С ней всё хорошо. Её зовут Женевьева Вален и она не замужем. Пригласила меня к себе — завтра к полудню.

Розовые лучи солнца окрашивали бледные лица двух воров, сидящих на крыше, в румяный цвет. Отсюда открывался вид на весь город.

— Никогда не устану им любоваться, — говорил Жан.

— Я знаю, где мы переночуем, — Лозарг отвлёкся от своих размышлений.