Шрифт:
Расчёсываясь перед зеркалом сказала она.
Я улыбнулся.
– А меня даже не ругали, так прошёл алкотест и всё.
Алиса рассмеялась.
– Что, в трубочку дышал?
– Зачем в трубочку, у меня отец круче всякой трубочки. Вот только всю ночь не спал, выспался, наверное.
– Я тоже не спала, не могла, во мне энергия прямо бурлит. Я думаю это из-за того, что мы столько времени провели столько времени под энергопроводом.
– У меня тоже такая мысль была. Ты уже пробовала?
– Нет, без тебя не хотела, пойдём на поляну?
Я мотнул головой.
– Нет, что-то мне не хочется туда идти.
– Вставая с кровати сказал я.
– Давай прямо тут, что-нибудь неопасное.
– Но ты же говорил, что вне провода сложнее.
– отрываясь от зеркала и поворачиваясь ко мне сказала она.
– да и если папа зайдёт.
– Ничего-ничего, если что я сотру ему память.
Алиса от удивления открыла рот.
– А ты можешь?
– Конечно, тебе я стирал уже много раз.
Глаза Алисы неожиданно начали наполняться слезами, а губа задрожала. Я тут же кинулся к ней и обнял.
– Ну ты чего, я же пошутил, я сосульку-то создать не могу добром, а ты про стирание памяти, шучу я, чего ты плачешь?
Она всхлипнула.
– Не знаю, зачем ты так шутишь, это же не смешно, я же поверила. Не шути больше так.
– Всё, миледи, больше я так не буду!
Вставая на колено и целуя ей руку, громко и чётко сказал я.
– Чего ты там больше не будешь?
Внезапно раздался из-за двери грубый голос Бориса Николаевича.
– Не буду глупо шутить, Борис Николаевич!
Громко крикнул я, улыбаясь, смотря на Алису. Она уже не плакала, а пыталась сдержать смех, прикрывая рот ладошкой.
– Ладно, пошли ко мне, у меня позанимаемся.
Сказал я, после того как злой Борис Николаевич удалился из поля зрения и слуха.
Идти до меня было, около пятнадцати минут. По дороге я решил расспросить о том, что же вчера всё-таки произошло. Алиса не очень хотела вспоминать вчерашние события, но всё-таки рассказала.
– Я почувствовала огромный приток энергии, просто невероятные ощущения, потом поток начал иссякать и я потянулась к нему, я так не хотела отпускать, я почти не контролировала себя. Потом я услышала твой крик, открыла глаза и увидела бледного тебя, ты что-то её кричал, а потом упал, и я поняла, что происходит что-то очень странное и страшное и попытался разорвать контакт, но у меня не получилось, тело меня не слушало. Но у меня получилось, но когда я подошла к тебе ты не дышал ,и сердце не билось, я просидела над твоим телом минут десять, понимаешь, десять!
На ходу очень эмоционально размахивая руками, говорила она.
– А потом ты воскрес.
Закончила она свой рассказ. Я лишь поцокал языком.
– Алиса, думаю если бы я умер, то я бы больше не жил, а так скорее всего это было что-то вроде комы или оцепенения, вряд ли я умер.
– Может и так, но было очень страшно.
По приходу ко мне домой мы сразу направились ко мне в комнату, и я начал посвящать Алису в азы магии, так как кроме азов я ничего и не знал. Первое чародейство у неё получилось уже через три минуты, лежавшая на столе ручка воспарила к потолку и сделала несколько оборотов вокруг меня. Потом она смогла зажечь небольшой световой шарик, и немного ускорить рост цветка стоявшего у меня на подоконнике.
– Алиса, ты просто чудо, теперь в мире не один волшебник, а целых два!
Хватая её на руки и кружа по комнате, кричал я. После этого мы начали заниматься магией вместе. Но счастье длилось не долго, через неделю после обретения Алисой способностей Борис Николаевич внезапно решил отправить Алису в летний лагерь на три недели. Она долго пыталась уговорить отца не отправлять её в лагерь, но тот был непреклонен, видимо, он надеялся, что там она забудет меня.
Уже три дня я не виделся с Алисой, короткий разговор по телефону вчера вечером лишь добавил мне ещё больше грусти. Я лежал в своей кровати и думал об Алисе, представлял её чёрные волосы, зелёные глаза, большие полные губы, родинку на левой щеке и небольшой шрам на правой. И внезапно произошло что-то очень странное. Я понял каким-то шестым чувством, что Алиса где-то рядом, я вскочил с кровати и спросил.
– Алиса, ты тут?
– Антон, где ты?
– раздался испуганной голос девушки.