Шрифт:
И в а н. Анны Васильевны заслуга. Забытое возродила. А ведь никто не верил… Лен, дескать, отрасль убыточная…
А н н а В а с и л ь е в н а. Прежде всего люди старались. Без них и Терентий Мальцев ничего не сделает.
И в а н. Мальцев, конечно, большой человек. Но и ты у нас умница, прелесть. Верно, братан?
Р у ш к и н. Тебе лучше знать.
И в а н (погладив Анну по руке). Умница! Прелесть! С ленком вышли, теперь за озимые берись… Озимые пока в загоне.
Р у ш к и н. Ничего себе — загон! По двадцати одному центнеру взяли! Ты, Иван, зарылся!
А н н а В а с и л ь е в н а. Иван Семенович прав. Двадцать один центнер, разумеется, неплохо. Но в совхозе «Еланском» по двадцати семи на круг взяли. Мы чем хуже?
И в а н. Не хуже, Аннушка. Ничем не хуже. Правда, культура земли не на том уровне. Они за полями-то, как за собственным лицом, ухаживают. Отсюда и урожай…
А н н а В а с и л ь е в н а. Научимся. И людей приучим… Теперь вся выгода в земле. А землю здесь много мучили…
И в а н. Ах ты, говорунья моя! Иди пообедай. С утра по полям носишься.
А н н а В а с и л ь е в н а уходит.
(Глядя ей вслед.) Повезло нам с агрономом. А, братан?
Р у ш к и н. Без нее мы бы заплюхались. Жениться тебе пора, Ваня. Хватит в бобылях-то ходить.
И в а н. Ты так считаешь?
Р у ш к и н. Только так! Каждый должен исполнить свое назначение.
И в а н (хмурясь). Любаву-то не поздравили. Пойдем поздравим.
Р у ш к и н. Успеем еще. Ты, Ваня, вот на что ответь… Как время угадывать научился?
И в а н. Это оно меня угадало. И не только меня… Люди-то во всю грудь дышат — стало быть, атмосфера вокруг здоровая. Загадка проста…
У Сохиных. М а т р е н а и Л ю б а в а, она смотрится в зеркало.
М а т р е н а. Седеешь, девка. Рано седеешь! Я в сорок лет первый волосок седой выдернула.
Л ю б а в а. Мне, мама, с тобой не равняться. Твоей крепости на десятерых хватит.
М а т р е н а. Жила бы полегче. К пересудам-то не прислушивалась бы… Для кого эта стать?..
Л ю б а в а. Стать от тебя перешла. Моей заслуги в том нету.
М а т р е н а. Не уводи. Вон Лизка везде находит себе утешение. Киномеханика подцепила. Вечор из лесу идут. Где была, спрашиваю? Брусничку, говорит, щипала…
Л ю б а в а. Пускай щиплет. Дощиплется!
М а т р е н а. Любушка, доча… Не мучила бы Ивана-то… приголубила бы его!
Л ю б а в а. Не могу, мама. Я ведь не Лизавета.
М а т р е н а. Что ты киваешь на нее! О себе думай. Нашла кому уступать. Она не нужна вовсе Ивану.
Л ю б а в а. Зато он ей нужен.
М а т р е н а. А тебе не нужен? Тебе тоже надо жить. Детей рожать надо.
Л ю б а в а. Я живу, мама. Не хуже людей живу. Вон Володька растет. А у нее — никого на свете…
Издали, через открытое окно, доносится рев воды.
М а т р е н а (вздохнув). Шумит Пустынное! Весна нынче бешеная.
Л ю б а в а. Вёсны всегда бешеные.
Входит Л и з а в е т а.
Л и з а в е т а. Небось, обо мне говорили? А я вот она, нарисовалась. Не выгоните?
М а т р е н а. Пришла, так садись. Ходишь, травишь людей. Не живется спокойно.
Л и з а в е т а. Сама себя казню за это. Бывает, задумаю что-то хорошее. Слова добрые на языке вертятся… А через минуту такой фокус выкину, такого наболтаю… что и в уме не держала.
М а т р е н а. Лошадь и та узды слушается. Ты все узды рвешь. (Уходит.)
Л и з а в е т а (расплакалась). Любушка! Ваню-то мы проворонили! Женится Ваня!
Л ю б а в а. Пускай женится. Мне все равно.
Л и з а в е т а. Притвора! А мне не все равно! Люблю его до беспамятства! Так вот и закричала бы на весь белый свет: «Люблю!»
Л ю б а в а. Любишь, так брусничку-то с другими не щипала бы…
Л и з а в е т а. Потому и щипала, что хотела забыть. Не могу… не могу забыть!
Л ю б а в а. Можешь не можешь — придется. Так что мирись.