Девочка достала из кармана небольшой тёмно-розовый, выцветший по краям, конвертик и покрутила его в руках, недоверчиво глядя на Рангику. Девушка заинтересованно посмотрела на вещь, находившуюся в руках Ячиру.

— Держи, Рангику-тян, — сказала девочка, протягивая конверт девушке. — Не нужно плакать.

Мацумото взяла конверт и осторожно порвала его по краю, извлекая из него красивое глянцевое сердце розового цвета с алыми и белыми полосами, украшенное нарисованными розами и лилиями.

— Иногда бывает, что кто-то уходит, — продолжала Ячиру, не глядя на девушку. — Бывает, уходят навсегда. Не возвращаются. Но не забывают нас, того, кого оставили здесь.

Дрожащими руками Рангику перевернула открытку. На белой стороне красовались буквы, написанные чёрной ручкой.

— «Я делал всё, чтобы ты не плакала. Но ты продолжаешь огорчать меня. Ты уже не маленькая, Рангику. Не нужно больше плакать.»

Воздух в лёгких кончился, к горлу подступил колючий комок. Первая капля упала на открытку. Девушка опустилась на пол, прижимая маленькое сердечко к своему, такому же маленькому и хрупкому сердцу. И не было больше сил сдерживать слёзы.

— Прости меня, — шептала Мацумото, закрыв лицо руками. — Гин, прости меня!

— Он простил, — улыбнувшись, сказала Ячиру, глядя в окно. — И ты его прости.

Девочка спрыгнула с подоконника и ушла, оставив лейтенанта одну.

Громко плача, Рангику сидела посреди коридора, прижимая к сердцу единственное, что досталось ей от того, кто больше никогда не придёт. Первый раз за столько лет она поняла, что действительно счастлива.