И опыта былого нет»…

«Ну, вот и всё! – Роман решил, —

Прощай работа и зарплата!»

Он улыбнулся виновато

И молча голову склонил.

«Чтоб знания восстановить,

Тебе придётся потрудиться…

На курсы, может быть, сходить…

Так что же, ты готов учиться?» -

Сказал Арапов. Целый год,

Романом дома проведённый,

Им не замечен был, и тот

Воскликнул, чудом возрождённый:

«Учиться я готов всегда!»

Теперь он счастлив бесконечно:

Страх, поражений череда —

Уходят в прошлое навечно!

Так стоит ли ему сейчас

Той слабости своей стыдиться?

Он принят, значит, в добрый час!

Пришла пора ему трудиться!

И он заранее простил

Привычку босса к панибратству:

Тот был так добр, что допустил

Его к работе… и к богатству.

Кем только он не побывал,

Всерьёз мечтая о богатстве!

Был бизнесменом, торговал,

А на пельменном производстве

Командовал участком он.

Потом настали перемены:

Оставив вкусные пельмени,

За производство макарон

Он взялся, не имея знаний.

Роман искал высоких званий,

И там директором он был…

Но только год руководил…

Арапов всё простил ему,

Не захотел чинить препоны!

Сказал лишь: «Только никому

Не говори про макароны!..

Ну, ладно, в цех сейчас пойдёшь —

На наше посмотреть хозяйство!» —

То, как он это произнёс,

Похоже было на зазнайство.

Арапов тут же трубку взял,

Жидкова в кабинет позвал,

И тот, спустя одно мгновенье,

Вошёл со стуком в помещенье.

6

То был серьёзный господин!

По взгляду судя, правил строгих,

А в волосах густых и чёрных

Заметно не было седин,

Хотя и вся его серьёзность,

И кустики его бровей

Мгновенно выдавали возраст:

Он явно старше, чем Борей.

«Семён Абрамович! Борея

Ты в цех, пожалуйста, своди:

Покажешь новые станки —

И возвращайтесь поскорее».

Они пошли. Покинув зданье,

Готовый выполнить заданье

Жидков внимательно взглянул,

Роману руку протянул:

«Итак, Вас проводить готов,

Но познакомимся поближе:

Семён Абрамович Жидков!

Вы здесь впервые, как я вижу?» —

«Роман Евгеньевич Борей!

Благодарю Вас за услугу», —

Ответил тот и без затей

Пожал протянутую руку.

Жидков, помедлив, продолжал,

И у почтеннейшего гида

Внезапно голос задрожал —

Вибрировала в нём обида:

«И я б такой услуге рад,

Но мне завод не показали,

Когда три месяца назад

Меня на должность принимали!

Я не был никому представлен,

О назначении приказ

Никто не видел. Я оставлен

Без попеченья. Всякий раз

Испытываю униженье,

Доказывая всем подряд:

Оформлен я как кандидат

В Техническое Управленье!

Ну, а технический директор

Меня, признаюсь, удивил!

Мне кажется, он странный вектор

Для дел моих установил:

При первой встрече заявил,

Что должен я всегда стараться,

Работать, не жалея сил, —

И все должны меня бояться!

Техническое Управленье —

Важнейший орган заводской,

И все должны терять покой,

Моё завидя появленье!» —

«Он так сказал?» – «Почти дословно». —

«Довольно странные слова,

И в них довольно хвастовства», —

Роман заметил. – «Безусловно!»

7

Но вот и цех. Вошли в ворота,

Пересекая длинный зал,

Что свежей чистотой блистал,

Они дошли до поворота,

Прошли вдоль ряда верстаков —