Но у порога жизни он опять увидел её. Ту, что всегда ждал и искал. Искал и не находил. Вечно искал и не находил.

– Ну, зачем ты так?
– грустно спросила она.

– Ну, извини, - улыбаясь ответил он.

Поднялся из старых одежд души и уже тенью шагнул к порогу. К ней.

Он никогда уже не вернётся домой. Этот молодой парень, почти ещё мальчишка. Один из множества сгинувших путешественников. Один из неудачливых, мечтавших постигнуть тайну пирамид... Но он был счастлив, уходя в мир ночи теней. Потому что там ждала его она. Он вечно искал её взгляд и её улыбку в мире живых. Вечно искал и не находил. Вечно искал... Одну её...

Мужчина устало раскрыл глаза и посмотрел на полок. Светлый потолок, нежного пастельно-желтого цвета. Такого бодрого и сочного оттенка, где-то между мёдом и цветами одуванчиков. Он любил цветы одуванчиков в детстве. Они как целое море из солнышек распускались на земле. Солнце... Солнце он тоже любил... Такое нежное иногда. И такое жаркое... Он целую вечность не видел его...

– ...Так что же сказать девушке, которая пришла к нему? Она очень хочет увидеться с ним...

Девушка, которая хочет увидеться с ним... В сердце затеплилась надежда. Он рывком сел на кровати, содрал с лица какую-то пластмассовую штуку...

Свет ослепил его... Мягкий свет красивой больничной палаты... Он отвык уже от красивых комнат и нежного цвета стен... Врач бросился к нему. Позвал медсестру...

Девушка таки прорвалась в палату. Молодая женщина. Русоволосая и светлоглазая. На лице надежда, ласковый свет в глазах. Он взглянул на чужое лицо, в чужие глаза и внутри него всё обмерло. Это была не она. Не она, и остальное неважно.

Мужчина устало повалился на кровать. Взгляд серых глаз застыл на светло-жёлтом потолке. Ему казалось, что всё не имеет смысла. Он не представлял, как оказался в этой комнате, так не похожей на больничную палату, но это было и не важно. Всё было неважно. В его жизни не было самого важного.

Он сомкнул веки и уснул. Глубоким сном без каких-либо сновидений.

Через несколько дней, придя в себя, столкнулся с навязчивой заботой незнакомого молодого мужчины, судя по внешности, потомку какого-то из народов, живущих в жарких странах.

Незнакомцу очень хотелось его покормить, мол, ему из благодарности еду приготовили. И жена очень расстроится, если её труды так и не попробуют. Больной взглянул на него с раздражением. Но незваный гость был упрямым неимоверно. И чтоб он отстал, больной согласился. Вкус еды... он его узнал. Тот самый вкус той самой еды, которую иногда приносил ему охранник в тюрьме. Та самая необыкновенная еда, так разительно отличавшаяся от обыкновенной. Мужчина недоумённо посмотрел на парня.

– Просто вы однажды мою жену спасли, - тепло улыбнулся гость, - Неужели не помните?

Он устало покачал головой. Пламя сожгло всё. Все его воспоминания. Не осталось ничего.

– Просто вы когда-то подожгли городской музей, - широко улыбнулся незваный гость.

Поджог музей...

Мужчине вдруг ярко привиделся огненный лабиринт и девушка, поманившая его за собой. Девушка в странной одежде, которая вывела его из здания и исчезла... До боли знакомый взгляд чёрных глаз, жирно обведённых какой-то чёрной косметикой... Взгляд самого важного человека... И страшное осознание, что в этом мире он её никогда не найдёт... Просто ей помешали родиться... Заперли в каменной темнице... Вот уже давно она не может вернуться в жизнь... Вот уже давно она ждёт его за порогом. Он ищет только её, из жизни в жизнь, вечно ищет её взгляд и её улыбку в мире живых. Вечно ищет и никогда не найдёт...

– Ну, и в тот же день, когда смогли покинуть горящее здание - дело было ночью и всем было как-то не до музея - вы шли по старому парку. По старому району. Там...
– голос парня задрожал, - Там какие-то пьяные скоты напали на девушку... и вы... только вы вступились за неё... вы один... Когда приехала милиция, вы лежали на ней, весь изрезанный и истекающий кровью... Вы даже тогда защищали её...

Гость поднялся с кресла и низко поклонился.

И тогда сидевший на постели вдруг вспомнил ту полутёмную улицу с несколькими потухшими фонарями, белое пятно между тёмных силуэтов и тот отчаянный взгляд совсем ещё молодой девчонки... Он где-то видел её... Голова опять резко заболела... Он никак не мог вспомнить... хотя осталось совсем немного кусочков мозаики...

Парень помог ему улечься и побежал за врачом. Признаваться в подкупе медсестры и самовольном проникновении в палату к тяжелобольному. Ну, это всё потом, а пока позовёт на помощь. Что касается неприятных ситуаций с нарушением общественных правил, то выкручиваться из них ему было не в первой. Этого рьяного журналиста знало полгорода точно. В основном, как рьяного нарушителя всяческих правил. Его извечное любопытство и энергичность уже вошли в лексикон самых тяжёлых ругательств города.

Мужчина какое-то время устало рассматривал потолок такого чистого и красивого цвета, потом устало закрыл глаза...