– Я же тебя говорила, что будут трудности. Но у тебя есть шанс все исправить, не каждому его дают при жизни. А у тебя - он есть. Денис тоже не знал, как себя вести. И поверь, ему было тяжело. Вам нужно было пройти через это, чтобы ты поняла, что любишь его. Ты ведь любишь?

– Люблю.
– созналась я.

– Тогда, как только выпадет случай - действуй. Не тормози.
– сказала так просто тетя Аня. Ага, сникерсни. А может права она?

Мы еще немного посидели и поговорили. А потом я поехала обратно.

Я ехала довольно быстро. Это была привычка с одной стороны, а с другой я просто любила скорость. Я вновь проезжала участок, где случилась авария. Резко свернула на встречную полосу, я пересекла сплошную и затормозила у дерева, куда я по чистой случайности когда-то не врезалась. В моей голове опять стали всплывать события той ночи. Я помнила все до мельчайших деталей. Желудок будто перевернулся несколько раз, я громко выдохнула. Я слезла с байка и прислонилась головой к дереву.

– 4 дня много ли это? Вряд ли, но если бы я знала, я бы каждую минуту проводила рядом с тобой. А помнишь, что о нас думали твои друзья? Говорили, что мы не имеем право быть братом и сестрой. Ты думаешь, мы были похожи на влюбленных? Нет, это вряд ли. А ведь Дениса я сначала полюбила именно как брата, странно да? Знаешь, что обидно? Это четыре дня, которые я должна была провести с тобой просто так, мы провели в ссорах из-за друга по переписке. Я не знала, что все так будет. Прости меня. Я опять ошиблась в человеке. Не оправдала твоих надежд. Как думаешь, я имею право себя простить? Заслужила ли я твоего прощения? Нет, особенно после того как обошлась с твоим самым близким другом. А ведь он единственный был на твоих похоронах.

"Парень, весь в черном подошел к Машиной маме. Он не говорил ей ни слова, а лишь протянул белый конверт. Женщина понятливо кивнула и положила руку на плече к парню. Они синхронно посмотрели в сторону Маши. Девушка стояла под дождем и смотрела куда-то вдаль. Она самая последняя кидала цветы, а теперь опять стоит с охапкой роз. Она положила их возле надгробной плиты и легко прошлась рукой по фотографии парня. Ее мать еле сдержалась от слез, но зная, что дочери будет еще хуже, старалась воспринимать это как что-то, что нельзя изменить. Нужно держаться ради детей, думала Ксения. Так она и делала, и лишь по ночам, когда никто не слышал - она плакала".

Маша не сразу поняла, что позади нее остановилась машина. Чья-то рука оказалась у меня на плече, я неспешно развернулась. За эти доли секунд, внутри все перевернулась. Это не самая оживленная трасса, а это место и вовсе.

– Кто вы?
– я увидела мужчину лет 60ти, он был весь седой и кажется, измученный жизнью. На нем была старая одежда, а недалеко от нас стоял старый автомобиль - Жигули, который сейчас ничего не стоит. Но я понимаю, что для многих это средство передвижения. Осуждать мужчину, я не буду, но кто он? И что делает здесь?

– Это вы.
– выдохнул он.
– Вы, так девушка что была с парнем, что разбился здесь.

– Кто вы? И он не разбился, его скорее "разбили".
– уже более настойчиво сказала я. Мне стало страшно, откуда он знает о нас?

– Я отец того водителя, что сбил вашего парня.- тихо с грустью в глазах сказал мужчина.

– Он был моим братом. Что вы здесь делаете?
– спросила я несколько грубо. Я понимала, что не вправе злиться на этого старика, он не виноват. Но злость закипала внутри меня.

– Мой сын повесился спустя год после этой аварии.

– Что?
– я не могла поверить своим ушам.

– Ему каждую ночь снился тот вечер, он просто сошел с ума. Мы лечили его, не зная от чего. Лишь перед смертью он сказал нам правду. А сегодня ровно два года как его не стало.
– глаза старика заблестели от слез.

– Но что вы тут делаете? Откуда меня знаете?
– я была немного напугана происходящим. Мне хотелось, чтобы возле меня оказался кто-то. Но кроме старика никого не было.

– Он сказал о вас, он был не настолько пьян, чтобы не заметить девушку, которая чуть сама не попала ему под колеса. А повесился он - вон на том дереве.
– внутри меня все опустилось. Сердце на миг перестало стучать, а потом с новой скоростью стало вырываться из груди. Мне стало страшно, реально страшно.

– Извините, я наверно поеду.

– Нет, я хотел извиниться перед вами.
– поспешно сказал мужчина.

– Вам не за что извиняться передо мной. Вы не виноваты в том, что свершил ваш сын. Мне жаль, что все так кончилось.