На дальнейшие вопросы Неждан или отвечал прибаутками, или отнекивался. Юрша понял, что ничего от него не добьется.

— За твой крутеж, Неждан, тебя на дыбу следовало б, но я помню Дон. Аким, возьми его к себе, запри да последи, чтоб не обидели ребята. А ты, сват Гурьяна, подумай. Я про Дон забыть могу, тебя наместнику отдам, а он крутой мужик!

Когда Аким увел Неждана, Юрша вызвал палача и приказал привести в подвал Сарацина. До этого у него была долгая беседа с Харитоном. Аким был явно против этой встречи, он под разными предлогами дважды врывался в избу, но каждый раз Юрша выпроваживал его.

Из разговора стало ясно, что Харитон, передавая рассказы отца, многое путал, присочинял. Юрша решительно заявил:

— Все это — брехня! Погоди, погоди, дослушай. Верно, меня возили в Суздаль. Ну и что? А тебя возили в Белоозерск. И я, и твой отец видели в Суздале много монахов, монашек и инокиню Софию, наверное. Правда, меня растили в скиту, но таких подкидышей, как я, много по скитам да монастырям. Так при чем тут сын Соломонии, великой княгини? И выходит все брехня. А та брехня может жизни стоить нам с тобой. В Разбойном приказе не станут разбираться, что к чему. Мой совет: забудь, что поведал тебе отец. Крепко забудь, тогда, глядишь, мы с тобой доживем до седых волос. Так-то вот.

— Вона как ты повернул! — удивился Харитон. — А я думал, ты меня угробишь. Зачем тебе лишний послух.

Наступила очередь изумляться Юрше:

— Ты так спокойно говоришь, вроде не про тебя речь! А вдруг я и в сам деле решу от тебя избавиться? А?

— Из-за угла ты не убьешь, Юрий Васильич! Ведаешь ли ты, почему мы с отцом оказались у самозванца? А потому, что услыхали о великом князе и подумали, что ты идешь войной на младшего брата.

— Ах, так рассуждаешь! Убить из-за угла не могу, а призвать татар могу, чтобы они убивали и грабили русских! Слава богу, что я не великий князь и служу верой и правдой государю Иоанну Васильевичу!.. А освободить тебя я найду способ. Только ты поклянись мне, что забудешь слова Деридуба о несчастном Юрии, старшем сыне великого князя Василия.

Харитон охотно поклялся своей жизнью, и своим счастьем, и раем на том свете. Юрша успокоился и принялся выспрашивать о других пленных. Особенно его интересовал Сарацин. По словам Харитона, он постоянно поддерживает связь с Кудеяром. От его имени уговаривал самозванца войти в вольное братство. Харитон высказал предположение, что Сарацин подослан атаманом. Когда однажды кудеяровцы, наряженные стрельцами, перебили многих людей самозванца, что читали его грамоту по деревням, Сарацина не тронули.

— Князь по доброте своей поверил ему, а следовало б разобраться.

Юрша тут же прикинул, что существует связь между посулами от Кудеяра самозванцу и появлением Неждана в Новосиле. Теперь предстоял разговор с Сарацином.

Когда Юрша спустился в подвал, услышал: Сарацин что-то быстро говорил палачу с помощником, которые подвешивали его на дыбу. Он разобрал только последние слова: «...хотите живыми остаться» — и спросил палача:

— Никак он вас пугает?

— Да, Кудеяром грозит. Еще потянуть или хватит?

— Развяжите совсем... Уходите.

— Гляди, сотник, твоя смелость до поры до времени...

— Ладно, поберегусь. А потребуешься, крикну. Ступай. Да покличь сюда наместника.

Когда каты вышли, Юрша пристально посмотрел на Сарацина: коротко стриженные волосы на голове, борода клином с проседью, повисшие вниз усы показались ему знакомыми. Но где он видел этого человека, припомнить не мог.— Сарацин... Имя-то христианское у тебя есть?

— Демьяном крестили.

— Демьян, Демьян... Постой, постой... — Юрию припомнилась изба в Задонье, три бирюча, Демьян среди них. Васька Блин не дал его везти в Москву... — Дак мы с тобой старые знакомые. Не узнаешь?

— Со слугами царскими знакомства не вожу.— Зато знаком с Кудеяром.

Вошел наместник, сел рядом. Юрша негромко рассказал ему, кого допрашивает. Потом обратился к Сарацину:

— Видишь, в горне калится железо? Если не хочешь отведать его, отвечай на мои вопросы по правде. Говори для начала, как пристал к самозванцу?

— Кому самозванец, а для меня великий князь. Полонен я татарами был. В Суроже на базаре князь Михаил меня выкупил.

— Ты не дурак. Ответь: мог ли великий князь рязанский дружить с татарами? Неужто сумлений не было?

— Я хлеб-соль помню, сотник...

— Дальше.

— Говорю, хлеб-соль помню, потому князю Михаилу и служил. Ведал, что у него друзей много. Теперь попал в беду, сразу все разбежались. За свою шкуру дрожат.

— А ты не дрожишь?

— И я дрожу. Аз человек.

— Ну, раз боишься, — продолжал допрос Юрша, — то говори, почему самозванцем интересовался Кудеяр?

Сарацин задумался. Юрша продолжал:

— Мы ведаем, какие предложения делал Кудеяр через тебя самозванцу. Мы хотим знать, зачем Кудеяру самозванец?