Шрифт:
Отбрасываю эти мысли. Надо сосредоточиться. Что я знаю – это как искать людей. Задаешь пару вопросов, ломаешь несколько пальцев. Едешь туда, где человека видели в последний раз.
У меня появляется идея.
Нахожу свой пострадавший ноут. На нем вмятина, дисковод вырван с корнем, но сам ноут работает. Быстро ищу информацию в интернете об ограблении в Бель-Эйр, с которого и начался весь этот замес. Через несколько минут у меня есть имя прежнего владельца камня – Кайл Хендерсон, и его адрес.
Во время ограбления Хендерсон схлопотал пулю. В отделение «скорой помощи» поступил с ранением в грудь, а вышел оттуда в мешке. Ему удалось продержаться достаточно долго, чтобы рассказать копам, что это были трое парней, и даже описать одного из них.
Полиция обшарила его дом вдоль и поперек. В этом я ни капли не сомневаюсь. Мне не удалось выяснить, был ли он женат, имел ли детей, да вообще ничего. Может, если повезет, я смогу кого-нибудь разговорить. Лучше всего кого-то из соседей. Вдруг копы о чем-нибудь забыли спросить.
Само собой, люди из Бель-Эйр с типами вроде меня разговаривать не станут. Прижать какую-нибудь богатенькую футбольную мамашу с личной охраной за минуту не выйдет, но я что-нибудь придумаю.
Теперь, когда я разобрался, с чего начать, могу немного успокоиться и хорошенько подумать. Кому нужен камень? Да любому, кто о нем знает. И список таких людей растет не по дням, а по часам. Нейман, Джаветти, Фрэнк. Смотрю на визитку, которую дала мне Саманта. Интересно, какую роль во всем этом играет она.
Что ж, сейчас самый подходящий момент. Заодно и узнаю, любительница ли она встать с утра пораньше. Набираю номер, попадаю на голосовую почту. Однако сообщение оставить не успеваю – кто-то ломится ко мне в дверь.
Я вешаю трубку, достаю «Глок».
Еще не дойдя до двери, по запаху чую, кто за ней. Но и этого мне не надо: я хорошо знаю, кто так стучит. Копы.
– До хрена лосьона ты на себя вылил, – говорю я, открывая дверь. У Фрэнка вид хуже некуда. Наверняка не выспался. – Костюм со вчера?
– Пошел ты, – отзывается он и протискивается мимо меня в дом. Смотрит на пушку у меня в руке, но не обращает на нее ни малейшего внимания.
Под глазами у Фрэнка темные круги, он явно не брился. Может быть, до него наконец-то дошла вся прелесть ситуации, и он попросту не может принять все как есть. Что ж, я его не виню. Сам еще не совсем вкурил.
– Пожалуйста-пожалуйста, проходи скорее.
– Нет у меня времени на… Что тут на хрен стряслось? – Он в шоке, смотрит на руины, в которые превратилась моя гостиная, будто в жизни ограблений не видал.
– Дикая выдалась ночка. Чем могу помочь, детектив?
– Мы едем в морг.
– Спасибо, но у меня уже есть, где заночевать.
– Это Джаветти.
– Правда? Он наконец-то оттуда свалил?
– Не знаю, – отвечает Фрэнк, – но кто-то точно свалил.
Главный морг округа Лос-Анджелес находится на другой стороне реки в районе Миссия. Надо признать, райончик печальный. Все здесь покрыто толстенным слоем серой пыли от железнодорожных путей, до которых тут рукой подать. Из-за пятой автострады в воздухе вечно висит густой смог. Мы едем в потоке машин с ранними пташками за рулем, и даже утреннее солнце едва виднеется за этим туманом.
– Я думал, у тебя обычное рабочее расписание, – говорю я. – Чего вдруг так рано?
– Морг на ночь не закрывается.
– Пусть так, но ты-то ночью спишь.
– С каких пор ты стал обо мне беспокоиться?
– С тех пор как ты прикрыл меня на той резне, которую устроил Джаветти.
– Ну, об этом можешь больше не волноваться. Вчера санаторий сгорел дотла. Если там и были на тебя какие-то улики, то теперь их нет.
– Случайность?
– А ты как думаешь?
– Зацепки есть?
Фрэнк поворачивается ко мне, и на долю секунды я вижу знаменитый коповский взгляд.
– Кроме тебя? Где ты, кстати, был вчера вечером?
– Гулял. А как насчет тебя, детектив? Решил испробовать себя в проникновениях со взломом? Хочешь сменить профессию?
– Нет у тебя ни черта такого, что бы мне хотелось заиметь. Да и дела у меня есть куда как интереснее, чем переворачивать вверх дном твою берлогу, Сандей.
Взаимные подколы только взбесят нас обоих, поэтому я меняю тему: