Помолчав, он кивнул, повернулся к иллюминатору, и сказал:

– наверно даже больше чем вы, но сейчас мы закроем эту тему, у каждого из нас есть работа здесь и сейчас, которую нужно делать. Когда придет время , мы все обсудим

– хорошо, здесь вы закон и все этому подчиняются, как только мы ступим на землю, найдутся те кто превратится в дикарей, убийц и разбойников.

Ее начало трясти, сказывалось напряжение последних дней, голос срывался. Он встал взял ее за плечи и перебил

– вы пересчитали людей?

Она несколько раз моргнула, тряхнула головой и постаравшись взять себя в руки сказала уже более спокойно.

– да конечно, 64человека ваша команда вместе с вами, трое военных с вертолета,192 человека включая детей и команду с теплохода вы подобрали плюс я с дочкой и того 261, мы всех переписали возраст, род занятий, национальность. Отчет где то у вас на столе. Василий должен был оставить.

Капитан вздохнул и начал перебирать папки на столе. Она смотрела на его уставшее лицо и начала чувствовать вину за свою истерику.

– Владимир Александрович ,когда вы спали?

Он улыбнулся

– уже давно.

– тогда вам стоит отдохнуть, простите мне моё поведение, я сильно устала, с людьми все в порядке, а отчет вы сможете посмотреть позже, вам нужно поспать, пока все тихо.

Она развернулась к двери, а он сказал:

– вам тоже необходим отдых и поплачьте, вам поможет

Маша вышла, уставшая и измученная собственными горькими мыслями, пошла искать свою каюту, у нее тоже где то есть койка и душ. Душ, он так ей был нужен сейчас. Подняв голову, она увидела Васю, и попросила отвести ее в место, где теперь она и дочка будут жить. За эти два дня, во время всей этой суматохи, она так и не успела там побывать, отправив вчера Катю спать со Светой, сама так и не легла. Помимо Маши с дочкой, в той каюте поселилась Света, а еще, женщина лет сорока пяти с восьмилетней девочкой Леной. Женщину звали Ольгой Константиновной , она была теперь воспитательницей у Катюши в садике, милая и добрая, без конца обнимала и жалела ребятишек, глотая слезы.

Маша вошла в каюту, было тихо. Четыре часа. Ольга с детьми в садике до шести, а Света продолжает собирать документацию, и еще не скоро освободится. У нее было два часа привести себя в божеский вид. Она закрыла дверь, на ней висело зеркало. От неожиданности Маша отшатнулась, и пришла в ужас, грязные растрепанные волосы, черные круги под глазами, не понятно какого цвета вещи, на шее черные подтеки, она и забыла, что была накрашена и теперь усталость и тушь превратили ее лицо просто в маску монстра. От былого лоска и красоты не осталось и следа ,а ведь она всегда предавала своей внешности большое значение. Неизменными остались, только глаза цвета морской воды, они горели изумрудами на изможденном, бледном лице, к тому же за эти двое суток она жутко похудела, вся одежда просто висела, честно говоря, она и не помнила, когда ела. В каюте был собственный душ, маленький, но свой. Маша скинула все в коробку для грязного белья и залезла под горячие струи воды. «Боже мой, много ли человеку надо,» подумала она «,я сто лет не испытывала такого блаженства,» а из глаз брызнули слезы. Все эти двое суток она держалась ,старалась быть сильной, правильно говорить, правильно поступать, и вот оставшись наедине с собой, просто разрыдалась, как ребенок, громко и во весь голос, ей казалось, что слезам не будет конца. Вспоминая мужа, близких, родных людей, она размазывала слезы по лицу и причитала всхлипывая, как в детстве, но постепенно начала приходить в себя. Вымывшись и замотавшись в полотенце, судорожно вздрагивая и хватая воздух, она вышла из ванной и вскрикнула, на одной из кроватей сидел Агент.

– что вы здесь делаете?

Раздражаясь, от того, что ее застали врасплох, и от того, что лишили, так нужного ей сейчас одиночества, она была уже готова сказать какую то грубость, но он перебил ее.

– извините Мария,

Его голос был тихий и бесцветный

– но мне нужна была ваша помощь, а зайдя я услышал, что вы плачете, и решил убедится, что все в порядке.

– все в порядке,

Перебила она его резко

– о чем вы хотели поговорить?

– мне нужна помощь в организации похорон.

Маша замерла, у нее совсем вылетела из головы мысль о похоронах , ей стало неудобно от собственной черствости, но сейчас было сумасшедшее, не нормальное время, столько всего навалилось, что было даже как то не удивительно. Все же растерявшись и смутившись, она кивнула:

– конечно, сейчас, только оденусь, подождите за дверью, минутку.

И поняла ,что не знает что одеть, выглянув в коридор она увидела Васю.

– слава богу, ты здесь.

Васин рот растянулся в широкой улыбке.

– Вась, найди мне самую маленькую тельняшку, штаны носки китель, вообще все, что найдешь ,только быстро.

– слушаюсь.

И исчез, его проворность порой пугала. Вернувшись в каюту, она начала сушить волосы, фена не нашлось , а многоярусную копну черных волос по пояс, не так то легко высушить полотенцем. Вася принес одежду и даже ботинки 39 размера, если учесть ,что у нее был 36ой, не очень то подходит, но в зимних сапогах в 30ти градусную жару было совсем плохо. «Господи , как мы оказались на экваторе?» Думала она. Закатав штаны и напустив их на ботинки, она заправила в них тельняшку проделав в ремне дополнительные дырки, вид конечно был смешной, но в принципе, выглядела она вполне прилично. Вспомнив про свою сумку, она решила все таки подкрасить глаза и нанести блеск на губы, а то они уже начали трескаться.

«Ну вот теперь можно показаться людям», подумала Маша, разглядывая себя в зеркале. И поправляя свои пышные шелковистые волосы, вышла из каюты. Она не заметила, какое впечатление произвела на мужчин ,потому что не смотрела на них, а бежала по коридору, она не совсем понимала , что ей нужно делать. Решив обратится за помощью к капитану, Маша резко остановилась, мужчины пялились на нее раскрыв рты и даже успели несколько раз переглянуться.

– если мы назначим похороны на семь часов, вас это устроит?