На крыльце диспетчерской появился Иван Алексеевич Ромов. Он отряхивал руки и подслеповато щурился на неяркое осеннее солнце.

— Что это аксакал высматривает? Нас, что ли, ищет? — Попов хотел привстать из-за горы ржавого железа и махнуть ветерану рукой, но Сергеев придержал за локоть.

— Посмотри кино…

Ромов целеустремленно просеменил к щели между диспетчерской и гаражом, согнулся оперевшись рукой о колено, и пошуровал в черном проеме. Потом сделал какие- то движения ногами, притопнул несколько раз, будто собирался пуститься в пляс.

— Галоши подбивает, — сдерживая смех, пояснил Сергеев. — Ну умора! Михайлыч, может, оформим ему как спецодежду — по ордеру?

— Какие галоши? — по инерции спросил Попов, хотя тут же мелькнула неприятная, хотя и довольно правдоподобная догадка.

— С объектов! Федька с Петром их то в угол забрасывали, то в гараже прятали — везде находит!

Сергеев встал.

— Ай-ай-ай! Все видели! Неужели купить жалко?

Гигант перестал сдерживаться и от души расхохотался.

Таким веселым Попов его еще не видел.

Ромов дернулся, суетливо взбрыкнул ногой, но тут же степенно выпрямился.

— Вот вы где есть, оказывается, — он направился к коллегам. — А смешного, Сашенька, ничего — то и нет… Я ведь не из жадности… Просто привык галоши носить, отвыкать поздно. А поди их купи сейчас…

Внезапно Попов ощутил прилив дурноты. Вновь появилось чувство, что он у самого края глубокого колодца. Вскочив, сделал несколько шагов назад от устрашающей бездны и уперся в бетонные плиты забора. Уф! Наваждение прошло, хотя сердце бешено колотилось и во рту пересохло.

— Правильно, Валерочка, — Ромов явно обрадовался возможности сменить тему. — Я тоже хотел забор осмотреть… Давай-ка пройдем вместе по периметру…

Попов как во сне шел вдоль шершавой серой стены. Повторившийся приступ внезапного страха всерьез озаботил его. И этот колодец — он отчетливо видел зияющее отверстие с сырыми скользкими стенками. Галлюцинация? Похоже… Как бы крыша не поехала!

— Высота два тридцать — два пятьдесят, — бубнил Ромов. — Электрозащиты, видишь, нету… Она по внешнему ограждению проходит, а здесь перелезай, пожалуйста, кто хочет!

— Там же завод, — вяло возразил Попов. — На территорию посторонний не пройдет.

— На заводе он, может, и не посторонний, но нам — то уж точно не свой!

Ромов в очередной раз преобразился. Сноровисто осматривал стену, вставал на цыпочки, пригибался, забыв про радикулит. Так идет по верному следу хорошо выдрессированная ищейка.

— А вон что это там такое? — вдруг спросил он, и ни умильности, ни старческой немощи не было в голосе. — Посмотри, Валерий, глаза у тебя получше!

Бетонные плиты забора были подогнаны плотно одна к другой, швы наглухо задраены цементом. Но в одном месте, метрах в двух от земли, цемент выкрошился. Небольшой пятачок — сантиметра три-четыре — Валера прошел, не обратив внимания.

— Притащи-ка лесенку и поднимись: насквозь или нет! — приказал Ромов.

Взобравшись на расшатанную лестницу, Попов приблизил лицо к холодному бетону. Щель была сквозная, он увидел зеленый, из рифленого железа ангар и край серебристого газгольдера.

— Насквозь, значит! Ну-ка, давай на ту сторону! Примерься — можно оттуда что-то углядеть?

Попову не хотелось лезть на охраняемую территорию режимного объекта, но почему-то он подчинился.

Опасаясь окрика ВОХРа, а то и прицельного выстрела, Попов перемахнул через гребень забора, повис на руках и легко соскочил на большой, окантованный железом ящик из прочных толстых досок. Это была надежная наблюдательная площадка, потому что щель находилась в заборе как раз на уровне глаз и сквозь нее хорошо просматривалась территория сверхсекретного объекта — точки исполнения смертных приговоров южного региона страны. Судя по валяющимся вокруг и прилипшим к ящику окуркам, наблюдательный пункт использовался неоднократно.

Субботник был прерван. Сивцева с Шитовым послали за автокраном, Буренко под благовидным предлогом отправили с ними, а члены внутреннего круга — первые четыре номера спецопергруппы «Финал» — начали чрезвычайное совещание.

— Ну, что делать-то будем? — Ромов обвел всех острым взглядом. — Дело-то нешутейное, но и зря горячку пороть не надо, чтобы самим в лужу не сесть.

— Инструкцию знаешь? — с безразличием смертельно уставшего человека спросил Викентьев. — Вот то и делать.

— По инструкции, значит, — согласно покивал первый номер и вытянул руку. — Тебе сразу полагается по шапке, это раз!