Шрифт:
Когда наконец кто-то ей объяснил, она вспыхнула, залилась розовым цветом, как слоник из галлюцинаций. Она бросилась к нашему столику и дала Мерку оплеуху, полушутя, полусерьезно.
– Я обожаю, когда ты сердишься, – дразнил он ее. Правда, он оставил ей хорошие чаевые.
Выйдя на улицу, мы посмотрели на часы и обнаружили, что уже поздно.
– Нас будут искать. Лучше поторопиться, – сказал Мерк.
– Я не пойду.
– Тебя все равно поймают.
– Ну и пусть.
Он странно посмотрел на меня.
– Одно дело, я хочу удрать оттуда, но ты-то знаешь, что делаешь?
– Как всегда, – ответил я.
– Иногда я за тебя беспокоюсь.
Я посоветовал ему побыстрее отправляться в свой поганый клуб. Мы похлопали друг друга по плечу и попрощались. Он заторопился обратно в школу. Я нашел телефон.
Еще пять минут свободы, чтобы выкурить сигарету с гвоздикой. Я прижал палец к устройству, считывающему отпечатки, и набрал номер.
– Папа, – сказал я, – папа, приезжай за мной. Меня выгнали.
ПЕЙС ПЕРЕДАЧА 000013382629815
НОВЫЙ ХОСТ КАДМОН ВВЕДЕН В СИСТЕМУ
ЦЕЛЬ НЕИЗВЕСТНА
ЗАПРОС ХОСТА МАЭ ХОСТУ ТРО
ОБМЕН ИНФОРМАЦИЕЙ:
МАЭСТРО: АНАЛИЗ ХОСТА ГАРМА
ПЕЙС: ПРИНЯТО
МАЭСТРО: БЕЗОПАСНОСТЬ ХОСТА ГАРМА НЕДОСТАТОЧНА
ПЕЙС: ПРИНЯТО
МАЭСТРО: ХОСТ КАДМОН ВВЕДЕН В СИСТЕМУ В ЦЕЛЯХ БЕЗОПАСНОСТИ
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ ПОЛНЫЙ АНАЛИЗ ХОСТА КАДМОНА
МАЭСТРО: В ТРЕБОВАНИИ ОТКАЗАНО
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ РАССЕКРЕТИТЬ ХОСТА КАДМОНА
МАЭСТРО: В ТРЕБОВАНИИ ОТКАЗАНО
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ РАССЕКРЕТИТЬ РАССЛЕДОВАНИЕ ВЫБРОСА КАЛЛИОПЫ
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ РАССЕКРЕТИТЬ РАССЛЕДОВАНИЕ ДЛЯ ХОСТОВ (ВСЕХ) ГОСТЕЙ (ВСЕХ)
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ УБРАТЬ ХОСТА КАДМОНА ИЗ СИСТЕМЫ
МАЭСТРО: В ТРЕБОВАНИЯХ ОТКАЗАНО
ПЕЙС: ТРЕБУЕТСЯ ПОЛНЫЙ АНАЛИЗ ХОСТА МАЭ ХОСТА ТРО
МАЭСТРО: ЦЕЛЬ?
ПЕЙС: ПОДОЗРЕНИЕ ХОСТ МАЭ ХОСТ ТРО СКОМПРОМЕТИРОВАНЫ
МАЭСТРО: В ТРЕБОВАНИИ ОТКАЗАНО КОНЕЦ ОБМЕНА ИНФОРМАЦИЕЙ СОХРАНЕНО И ЗАБЛОКИРОВАНО
ОТПРАВКА ОБМЕНА ИНФОРМАЦИЕЙ ХОСТАМ (ВСЕМ)
ОЖИДАНИЕ ИНСТРУКЦИЙ
КОНЕЦ
Глава 5
КОЛЛЕДЖ ВСЕХ ДУШ
Джим Полпути проглотил таблетку и ждал неизбежных неприятностей с желудком. От лекарств его рвало, но все равно он предпочитал их генной терапии, хотя Блу твердила, что она совершенно безвредна. Вот пусть сама ее и принимает, черт ее дери. Никакое лечение не помогает, ну разве что (и то совсем чуть-чуть) отодвигает неизбежное. Очень слабое утешение перед лицом вечности.
Он включил музыку, громко, пожалуй, даже слишком, пытаясь заглушить дурноту дикими визжащими звуками. Благословенный грохот. Подожди-ка, его творение пытается что-то ему сказать, произносит слова, которых совсем не слышно. Щелк. Музыка смолкла.
– Что?
– Я говорю, ты на меня сердишься. Ты на меня сердишься, а я не знаю за что.
Джим рассматривает экран, ребенок кажется таким потерянным. Он обиделся.
– Я совсем не сержусь на тебя.
– Сердишься, – настаивал он. – Я точно знаю, потому что ты меня наказываешь. Что я сделал? Не понимаю.
– Ладно, ладно, ничего подобного, – успокаивал его Джим. – Просто я извлекаю тебя из одной среды и вставляю в другую.
– Но я не хочу уходить. Мне здесь хорошо.
– Может, там тебе будет еще лучше?
Он смотрит на Джима взглядом, полным сомнения, его глаза стального цвета полны слез. «Уж не переусердствовал ли я со слезами?» – подумал Джим. Или это уже плод эволюции? В любом случае он слишком чувствительный, мне не нужен сын-плакса.
– Дай мне попробовать, – говорит Джим.