Девушка хотела помочь Баталову встать, но он поднялся сам, отряхивая подсохший спортивный костюм. Сколько же он проспал?

– Сегодня вы, завтра я, – продолжала девушка. – Я не против накормить детей с Сириуса или того же Крикка, но превращать планету в зону термоядерной войны…

– Термальной, – поправил Олег.

– А я что сказала? – рассмеялась она. – Не обращайте внимания, я такая болтушка!

– Флаер сам сошел с трассы, что-то с топливной камерой, – сказал Баталов, глядя на экран серебристого нарукавника: «01:23:34». Выходит, он проспал на эксперименталке около шести часов. Осталось полтора часа!

– На вашем месте я все равно обратилась бы в суд с заявлением.

– Как вас зовут?

– Меня? Вот так взять и сказать? – Она засмеялась. – Оксана.

«Как мою первую любовь», – подумал Баталов.

– А вас как того инструктора, что погиб на «Гелиосе», – сказала Оксана, заглянув в коммуникатор. – Вы его полный тезка. Вот трагедия! В смысле, что все они погибли. Ой, я должна была дождаться, когда вы назоветесь сами, давайте снова. – Она сделала усилие, чтобы не рассмеяться. – Оксана.

– Олег, – сказал Баталов. Он не понимал, почему его не обнаружили полицейские.

Он и девушка пожали друг другу руки.

– Как трогательно. В старину все было намного романтичней, – сказала она. – Дамы ходили в джинсах. Пойдемте отсюда, а то здесь как-то жутковато.

Ее флаер висел в полуметре над жаростойкой пшеницей. Вниз спускалась, не касаясь земли, лестница. Природосберегающий дизайн.

– Я обезвожен, у вас не найдется чего-нибудь глотнуть? – Олег устроился в кресле рядом с местом пилота.

– Лимонад. И йогурт, он низкокалорийный.

Постукивая сочленениями по борту, ушла в приемник лестница. Оксана подняла флаер в воздух. Баталову казалось, что он выпил бы сейчас залпом литра три. Маленькая бутылочка газировки в его руке опустела почти мгновенно. Йогурт был прямиком из холодильника! Олег сразу же почувствовал себя лучше, в висках перестало стучать.

– Не смотрите на меня так, я не завтракал, – сказал он.

Одной рукой уверенно отжимая штурвал, другую Оксана опустила в усыпанную наножемчугом сумочку, что висела в зажиме слева от нее, протянула Олегу коробку из дорожной закусочной.

Пирожок с мясом. Полоска индикатора на крышке налилась красным, показывая, что содержание коробки уже не первой свежести.

– Извините, я иногда такая невнимательная.

– Ничего страшного. – Не дожидаясь, когда хозяйка подпортившегося продукта отправит его в заправочный накопитель биомассы, Баталов вскрыл коробку и запихал пирожок в рот.

Тем, кто ругал придорожные кафе, следовало провести с десяток раундов в Колизее, а потом пробежать кросс под прицелом орбитального отражателя. Ничего вкуснее Олег в жизни не ел.

– Вы лежали, а ваша серебряная шапочка мигала, – сообщила Оксана, выходя на воздушную магистраль и вливаясь в общий поток. – А почему она такая необычная?

Непобедимое женское любопытство. Только сейчас Олег обнаружил, что ошейника на нем нет. Шлем из обруча вновь трансформировался в «шапочку» на затылке. Не исключено, что именно он «спрятал» своего носителя от полицейских, которые, несомненно, прошерстили эксперименталку вдоль и поперек, а потом подал сигнал.

– Украшение, – ляпнул Баталов первое, что пришло на ум. – Я издалека.

– А на руке? – Передав управление автопилоту, Оксана подправила помадой губы.

– Обратный отсчет, чтобы… не забыть купить… букет… маме.

Олег врал коряво, но его выручил писк коммуникатора девушки. Баталов надеялся увидеть голограмму подружки, а лучше двух, тогда минимум полчаса пути он будет свободен от расспросов.

– Внимание! – произнес знакомый Баталову голос полицейской рассылки. – Разыскивается особо опасный преступник Станислав Романько с фальшивым паспортом на имя пропавшего без вести инструктора Олега Баталова.

Оксана побледнела. Получив ориентировку, ее коммуникатор пискнул дважды, опознав самозванца и автоматически сообщив об его местонахождении на сервер полицейского участка. Через пару минут спутник зацепит флаер со Станиславом Романько на борту, заблокировав или переключив на себя управление машиной. Скоро опасный попутчик с тяжелым взглядом отправится в руки полицейских, а потом и за решетку, но девушке все равно стало очень страшно.

Олег отключил автопилот, схватился левой рукой за штурвал. Флаер послушно перестроился в скоростной ряд.