Голос в мегафоне стал еще более неистовым. Раздалась еще одна автоматная очередь, прошедшая над головой Лизы. Но казалось, ничто не остановит ее.

Холлэнд услышал за спиной голос Кейта Эриксона, с мольбой обращавшегося к жене.

Еще очередь поверх головы, снова предупреждения, следующие одно за другим.

Капитан видел, как офицер неохотно отвел мегафон от губ и отдал приказ, которого он не услышал. В ответ сотрудник, стоящий рядом с ним, направил автомат Лизе в ноги, и Холлэнд закричал изо всех сил:

– Нет! Не стреляйте! Просто задержите ее! Она сошла с ума!

Лиза неожиданно остановилась совсем близко от каната, и обернулась. Он видел, как ее трясло, ведь на ней было только тонкое платье, облепившее на ветру фигуру. Волосы развевались, как флаг.

Женщина отсутствующим взглядом посмотрела на самолет, повернувшись спиной к службе безопасности. Полицейские начали опускать автоматы. Холлэнд призывно махнул ей рукой, мягко позвал ее, подбадривал женщину, не уверенный в том, что она хотя бы смотрит на него. Голос Кейта Эриксона жалобно звучал у него за спиной, так как он тоже спустился вниз по трапу.

– Дорогая! Пожалуйста! Я люблю тебя, Лиза. Вернись ко мне и нашим малышам, любимая!

Он кричал во всю силу своих легких, но Лиза продолжала стоять и просто смотреть на него. Эриксон сошел на землю и бросился было к жене, но Холлэнд схватил его за плечи, и тут же несколько очередей ударились в землю перед ними.

– Она моя жена! Не стреляйте! – заорал Эриксон, испуганный, обезумевший и дрожащий от холода.

Голова Лизы Эриксон странно дернулась. Ее руки обхватили голову, потом медленно она опустила их, разведя в стороны абсолютно параллельно земле и постояла так. Холлэнд видел множество полицейских по другую сторону каната, в пятнадцати футах от нее, оружие наведено на женщину. Они как раз повернулись к своему сержанту и спрашивали, что делать, когда Лиза застала их врасплох, неожиданно развернувшись и бросившись к ним, все так же разведя руки в стороны, выкрикивая что-то нечленораздельное.

Молодые сотрудники безопасности с автоматами в руках были застигнуты врасплох. Она была из самолета. Коснуться ее означало умереть, женщина она или нет. Если кто-то переступит границу – должен быть застрелен. Все эти мысли промелькнули у них в головах, когда они смотрели на кричащую женщину с дикими глазами, несущуюся на них с раскинутыми в стороны руками.

Кейт Эриксон попытался броситься к Лизе, но Холлэнд повалил его на землю. Короткая очередь донеслась до их слуха.

Растерзанное тело Лизы Эриксон ударилось о замерзший бетон и заскользило по канату, затем осталось неподвижным в быстро растущем кровавом пятне. Два стрелка отошли назад, потрясенные результатом своих действий. Один из них медленно подошел и встал на колено, чтобы ткнуть стволом автомата неподвижное тело, а остальные направили оружие на Холлэнда и Эриксона. Человек с мегафоном приказал им вернуться в самолет. Четверо полицейских вышли вперед, прозвучали еще несколько очередей, пули ушли в землю прямо у их ног.

Эриксона, казалось, пригвоздили к месту.

– О Господи, НЕТ! – зарыдал он, пытаясь вырваться, испытывая силу Холлэнда.

– Они вас тоже застрелят! Не делайте этого! Вы нужны вашим детям! Вы слышите меня? Ваши дети нуждаются в вас!

Под дулами автоматов, следящих за каждым их движением, Холлэнд втащил раздавленного горем Кейта вверх по ступеням, потом в самолет и передал на руки Барб. Капитан начал объяснять, что произошло.

– Я знаю, – прервала его Барб. – Все на борту знают.

– Отведи его наверх, – спокойно велел Холлэнд.

– Где этот чертов капитан? – Один из полицейских поднялся вверх по трапу. Его приглушенный маской голос был достаточно ясным, чтобы различать слова на небольшом расстоянии.

Холлэнд приоткрыл дверь чуть пошире и высунул голову наружу. Его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от защитной маски.

– Вы, ублюдки! Вы что не поняли, что происходит? Она что, показалась вам террористкой? Вы просто убили молодую мать. За что?

– Черт возьми, капитан, вам же сказали, что никто не должен выходить! – Холлэнд слышат, что мужчина расстроен почти так же, как и он сам. – Нам приказали не допустить, чтобы кто-то пересек эту линию, и разрешили применить боевое оружие. Мы дали и ей и вам больше пространства, чем следовало. Если бы я следовал приказам, я бы застрелил и вас!

Холлэнд покачал головой от отвращения и отчаяния.

– Я пытался сказать вам, что у нее психическое расстройство, разве не так?

Мужчина в защитном костюме явно руководил остальными. Вероятно, сержант. Он опустил свой автомат и мотнул головой.

– Мы не могли позволить ей убежать, капитан. Наши приказы абсолютно ясны. Мы предупреждали и ее и вас!

Холлэнд печально кивнул. Не было смысла спорить.

– А как насчет ее тела? – наконец спросил он.

Сержант обернулся и посмотрел на маленькую, съежившуюся фигурку на бетоне в ста ярдах от них. Несколько из его людей начали прикрывать ее. Он покачал головой.