При непрекращающемся звуке звонка я снова попытался найти выключатель. Здесь мне хотелось бы отметить, что, по-моему, кактус к роли цветка в квартире совершенно непригоден. Наконец я опомнился настолько, что стал действовать методически. Осторожно продвигаясь вперед, я ощупью добрался до стены, обошел всю комнату держась за нее и, в конце концов, после нескольких неудач, выключатель я все-таки нашел. Я зажег свет, надел на пижаму пальто и пошел посмотреть на нарушителя ночного покоя.

У двери дома стоял мужчина. Его покрытая снегом шляпа был надета набекрень, так что сразу ясно стало, что количество отметок, сделанных официантом карандашом на его блюдце из-под пивной кружки, было немалое. Ночной посетитель махал в такт пухлой рукой и при этом ворчал что-то о глухом официанте и пустом стакане. Я спросил его, что ему угодно и почему он, черт возьми, звонит в два часа ночи.

„Простите, я не могу найти свой дом. Я не понимаю, что произошло. В каждом доме кто-то живет.“

Не знаю, какой у меня был вид в эту минуту, но полагаю, что выражение моего лица было не особенно интеллигентным. Я никак не мог понять, откуда этот человечек набрался храбрости. Дело в том, что на свежевыпавшем снегу я увидел целую цепочку его следов, которая, извиваясь, тянулась по всей улице от двери одного дома к двери другого. Целым легионам спящих пришлось покинуть теплую кровать также как и мне, чтобы выслушать жалобы на безответственный дом, не пожелавший остаться на своем месте. Удивительно, что на человечке не было видно никаких следов насилия. Очевидно, все разбуженные прониклись состраданием к этому человеку, потерянному в море одинаковых, похожих на коробки домиков.

„Вы здесь живете?“ спросил он меня с глупейшим видом, и этим вопросом привел меня в смущение. Когда мне приходится разговаривать с человеком, мысли которого плавают в тумане из-за выпитого спиртного, я подбираю короткие и ясные фразы и решительно избегаю всего, что требует подробного разъяснения. Но на этот раз не было другого выхода. Когда я не сразу ответил, его пьяненькие глазки победоносно блеснули. Очевидно я был первым человеком, не ответившим на невинный вопрос ругательствами, и он воскликнул: „Вы здесь не живете! Очевидно здесь живу я.“ „Это не так, гражданин,“ ответил я. Это квартира моего приятеля господина Янисека.“ „Ну, тогда я не знаю, где я живу,“ произнес он беспомощно.

У него был такой жалкий вид, что мне пришлось побороть в себе желание пригласить его в дом и предложить переночевать вместе со мной. Но я быстро отверг эту мысль. Я все-таки был не в своей квартире, и, кроме того, с людьми в таком состоянии всегда бывают неприятности.

„Меня зовут Брудильник,“ добавил он неизвестно почему. Если учесть, сколько народу этот милейший человек согнал с постели, ему бы следовало называться Будильником, с тем, что звук ррр… он издавал бы сам. Некоторое время мы молчали. Вдруг он засунул руку в карман и вытащил оттуда керамическую пепельницу, из таких, какие обычно бывают в ресторанах. Казалось, это его очень удивило, и он глубоко задумался. Я начинал дрожать от холода и поэтому очень обрадовался, когда он снова засунул пепельницу в карман и сказал: „Раз вы говорите, что здесь живет ваш друг, я пойду. Спокойной ночи.“

Я смотрел ему вслед и видел, как он направляется к двери следующего домика. Затем я закрыл дверь. В комнате я выпил стакан сливовицы, чтобы согреться, и снова приготовился лечь, когда опять раздался звонок. Это снова был Брудильник. Я не очень приветливо спросил его, что еще ему угодно. Прежде чем он успел ответить, я услышал, как открывается дверь соседнего дома, где Брудильник видимо только что звонил, и хриплый мужской голос прервал ночную тишину: „Эй, это вы звонили?“ спросил он угрожающе. Брудильник посмотрел на него через плечо, махнул рукой и с непоколебимым спокойствием сказал: „Да. Подождите, я сейчас приду.“ Мужчина из соседнего домика выругался и с шумом захлопнул дверь. Брудильник повернулся ко мне и сказал:

„Что это я хотел? Ах, да: как этот ваш друг, этот господин Янисек, как он выглядит?“ Иногда человек бывает удивительно покладистым, и это как раз был один и таких случаев. Вместо того, чтобы заорать, я по мере своих способностей описал ему Отто Янисека, как человека среднего роста, кареглазого и с каштановыми волосами.

„А мы не похожи друг на друга?“ спросил господин Брудильник.

„Нет.“

„А может, вы меня с ним спутали?“

Я был настолько потрясен ходом его мыслей, что ничего не ответил, После этого он ушел.

Лежа в кровати, я думал о случившемся, и когда я уснул, мне снилось, что я живу в городе, где все дома одинаковые, где все люди одинаково одеты и живут в комнатах со стандартной мебелью. Это был один из самых страшных снов, какие мне довелось видеть, потому что все жители этого города были похожи друг на друга как две капли воды, у них были одинаковые фигуры, лица, глаза и волосы. Это было настолько жутко, что я вспотел от ужаса. Я искал среди этих лиц черты моего друга Янисека, но все эти лица глядели на меня с выражением бесконечно повторяющейся маски.

Когда я утром вышел на мороз, следы заблудившегося странника были почти занесены снегом. „Интересно было бы узнать, где закончилось его странствование“, подумал я. Когда я запирал входную дверь, мне сделалось дурно. На двери была металлическая табличка, и на ней было написано:

АЛОИС БРУДИЛЬНИК

Я закончил свое повествование и вскоре после этого мы отправились спать. Слушатели были вполне довольны, особенно Барборе мой рассказ понравился. А мне больше ничего и не нужно было. Дедушка обещал завтра вечером рассказать о том, как он служил под генералом Радецким в Италии и как там в него влюбилась прекрасная графиня.