Сашка затормозил впритык к головной машине, вопросительно уставился на старосту. Тот молча выгрузился из лейтенантского транспорта, и, не говоря ни слова, направился к еще одному открытому джипу, попроще и подубовее на вид, чем "бобик". Машина явно его ждала, потому что водила тут же чуть не с юзом сорвался с места, стоило старосте взгромоздиться на переднее сидение. Я хмыкнул глумливо, но комментировать ситуацию не стал. Сашка же обратился к лейтенанту:

— Куда нам дальше?

— За мной езжайте, — ответил Иноземцев, для большей ясности махнув рукой в сторону КПП. — На постой вас определим, только сначала до оружейки доскочим, трофеи опечатаем.

Шлагбаум гостеприимно поднялся перед лейтенантской машиной, и мы миниколонной въехали на территорию гарнизона. Я впервые оказался на действующем местном военном объекте, поэтому принялся вертеть головой, с интересом осматриваясь. В общем-то ничего нового не увидел — стандартный гарнизон с плацем, казармой, зданием штаба и офицерским бщежитиием. Вопреки ожиданиям, все строения полноразмерные, даром что в селе только взвод вояк расквартирован. И склад имеется, весьма внушительных размеров, и автохозяйство, отделенное от основной территории забором из пенобетонных плит. К складу и направились в первую очередь.

Притормозив у входа, лейтенант пару раз бибикнул, и уже через минуту из недр капитального пакгауза на свет божий вылез приземистый прапор в летах. Молча козырнул, уставился на начальство вопросительно.

— Петрович, опломбируй стволы.

— Все? — подал голос вышепоименованный Петрович.

— Нет, только винтари.

— Сделаю… — кивнул прапор, и вновь скрылся в утробе склада.

Вышел с пломбиром в руках, деловито перетянул тонкими тросиками спусковые крючки с рукоятками затворов, зажал свинцовыми пломбами. Полюбовался на работу, кивнул лейтенанту, мол, готово, и молча удалился в прохладу царства стеллажей и пыльных ящиков.

— Ну что, коллеги, поехали в общагу…

Система Риггос-2, планета Ахерон, деревня Дубовка,

1 марта 2535 года, вечер

Заселились быстро, хоть общага и оказалась абсолютно пуста, даже дежурный отсутствовал. Пришлось специально вызывать старшину, который жил недалеко от гарнизона в частном секторе, ибо был мало того, что семейный, так еще и местный уроженец. Повезло мужику с местом службы, ничего не скажешь. Прапор в летах, чуть ли не близнец начсклада — и где таких берут? специально разводят, что ли? — в общагу явился минут через десять, вызванный вестовым. Поворчав для виду, заселил нас в двухместную комнату в самом конце коридора, в который выходили двери от восьми "нумеров", зато рядом с душевой и сортиром, да и общая кухня была в двух шагах. Комната оказалась неожиданно просторной, обставленной в стиле минимализма — две кровати, две тумбочки, письменный стол, шкаф. И я чуть не ошалел, обнаружив в углу при входе допотопный белый холодильник, какой лишь в исторических хрониках видел. Прямо из потолка торчал провод с тускловатой лампой накаливания.

— Офигеть!.. — только и смог произнести я, оглядывая это великолепие.

Чувствовал я себя при этом путешественником во времени, или, на худой конец, героем исторической виртуалки. Беленые стены и потолок, скрипучий дощатый пол, казенные занавески на окнах — как в музее, экспозиция "Быт середины ХХ века". Бывал я в такой несколько раз, у отца на работе есть, но больше, конечно, по оружейным выставкам лазил.

Ворчливый старшина, откликавшийся на Пал Палыча, неодобрительно зыркнул из-под бровей, но ничего не сказал. Выгрузил на кровати комплекты постельного белья, снабдил нас вафельными полотенцами, тапочками без задников с инвентарными номерами, и отбыл восвояси, поручив дальнейшую заботу о постояльцах лейтенанту Иноземцеву. Тот долгих речей произносить не стал.

— Располагайтесь, короче… Обед через час, в столовую приходите. Сашка знает, где.

И тоже очистил помещение, предоставив нас самим себе.

— Вот это кайф! — заключил я, развалившись на кровати.

Занял койко-место, разумеется, лишь после того, как освободился от навьюченной сбруи в виде разгрузки и броника с рюкзаком, а также пристроил шлем на стол. Однако лежать на кровати в пластиковом обвесе все же неудобно, поэтому нехотя поднялся и принялся избавляться от остатков снаряжения.

— Кстати, куда имущество складывать будем? — поинтересовался я у напарника, занятого тем же делом.

— Вон в шкаф закидывай, — отозвался он.

— А не сопрут?

— Смеешься? Это же гарнизон. Хоть посреди плаца барахло бросай, ничего ему не будет. Хотя насчет плаца я преувеличил — через пять минут на складе окажется. Но, опять же, ничего не пропадет, попадешь только на выпивку Петровичу.

Тут я Сашке, как, несомненно, более опытному в подобных делах, решил довериться. А потому без долгих раздумий запихал в шкаф снаряжение, заняв шлемом-наплечниками-наколенниками-налокотниками верхнюю полку. К некоторому моему удивлению в шкафу обнаружился встроенный оружейный сейф с примитивным механическим кодовым замком.

— А это для чего? — осведомился я, показав на железный ящик.

— Для оружия!.. — выпендрился Сашка, но тут же добавил: — Офицерская же общага, надо постояльцам где-то личное оружие хранить. В оружейку местную стволы приезжим сдавать не принято.

А я-то думаю, чего нас не разоружили при въезде на территорию. Впрочем, умно. Множество проблем решает, особенно в таком крошечном гарнизоне. Людей едва хватает наряды тянуть, какой уж дежурный по общаге! Хотя в оружейке по-любому пост есть, и человек материально ответственный неотлучно при имуществе находится. Однако это все лирика, если есть сейф — надо его использовать по назначению. Что я и проделал, с некоторым трудом запихав в ящик "вихрь" и пистолет в кобуре. Мачете вместе с ножнами положил рядом с броником. Сашка последовал моему примеру.