— Скажи… сколько мне еще… осталось до конца… ступенек?

— Шесть. — Она удалилась от него, тихо и бесшумно взбежав наверх. — Нет, извини, десять. Или девять? Вроде бы девять…

Он снова преодолел ступеньку, потом еще одну, и еще. Он не отзывался и не пытался даже смотреть перед собой. Он карабкался наверх, как улитка, встречающая преграду, чувствуя, как в нем вырабатывается что-то вроде умения рационально пользоваться своим телом, остатками своих сил.

— Ты почти у финиша, — довольным голосом произнесла стоящая наверху Пат. — Что ты можешь сказать, Джо, насчет своего грандиозного подъема? Это величайший подъем в истории человечества. Хотя нет, это не так. То же самое осуществили перед тобой Венда Райт, Эл, Эдди Дорн и Фред Зафски. Но только за тобой я наблюдала своими глазами.

— Почему именно за мной? — спросил Джо.

— Потому, что мне так захотелось из-за той твоей примитивной интрижки в Цюрихе. Когда ты все так ловко подстроил, чтобы Венда оказалась с тобой ночью в отеле. Только теперь дело будет обстоять иначе. Сегодня ты будешь один…

— Тогда… ночью… я… тоже был… один. — Еще одна ступенька. Он судорожно закашлялся. С лица капал пот, и вместе с ним его покидали последние силы.

— Венда была с тобой — не в постели, а где-то в твоей комнате. Ты просто проспал ее посещение, — рассмеялась Пат.

— Я пытаюсь… не кашлять, — сказал Джо.

Он преодолел еще две ступеньки и чувствовал, что до конца теперь близко. «Сколько времени я потратил на этот подъем?»— вдруг подумалось ему. Но ответить он все равно не смог бы.

Неожиданно он обнаружил, что кроме изнеможения он испытывает пронизывающий холод. «Когда это началось?»— подумал он. Видимо, холод уже давно проникал в его тело, а он только что заметил его.

— Господи! — сказал он, трясясь как в лихорадке. Ему казалось, что дрожат даже его кости.

Это была сильнейшая стужа, сильнее, чем холод Луны, сильнее, чем в номере отеля в Цюрихе. Тот холод был только предвестником сегодняшнего.

«Метаболизм, — подумал Джо, — основан на реакции окисления, горения. Когда он перестает действовать, жизнь кончается».

«Скорее всего, все ошибаются насчет ада, — продолжал размышлять он. — В аду царит холод, там все замерзает. Тело — это вес и тепло, теперь же вес меня уничтожает, а тепло покидает меня. Оно никогда не вернется, если только я не рожусь во второй раз. Такая судьба предназначена всему миру, и я не буду одинок».

И все-таки он ощущал одиночество. «Это пришло слишком рано, — решил он. — Подходящий момент еще не настал. Что-то должно было ускорить ход событий. Это сделала какая-то сила извне, может быть, просто из любопытства или в виде предостережения: какой-то извращенный, обладающий тысячью ликов элемент, решивший понаблюдать за мной. Какое-то инфантильное существо, которое развлекают мои страдания. Оно поработило меня, как обычное насекомое, как жука, который не может ни улететь, ни убежать, а может только шаг за шагом двигаться по направлению к распаду и хаосу. Двигаться в направлении могилы, места, где пребывает это извращенное существо в окружении собственных нечистот. То, которое мы зовем Пат».

— Есть у тебя ключ от номера? — спросила Пат. — Только подумай, как было бы обидно, когда, добравшись наконец до своего номера, ты обнаружил бы, что ключа у тебя нет и в номер тебе не попасть.

— Есть. — Джо на ощупь обшаривал карманы.

Дырявая рубашка окончательно расползлась и свалилась с его плеч. Она упала на пол, из верхнего кармана выпал ключ и скатился на две ступеньки ниже.

Туда, куда Джо не мог дотянуться.

— Я подниму, — сказала Пат. Она промелькнула мимо него, подняла ключ, осмотрела и положила на поручень наверху.

— Он лежит здесь, наверху, и ты можешь взять его, когда поднимешься. Это будет тебе наградой. Мне кажется, твоя комната расположена по левой стороне. Четвертая дверь. Тебе придется двигаться осторожно, хотя это будет куда легче подъема.

— Я уже… вижу… ключ и… площадку, — сказал Джо. — Я вижу конец лестницы.

Ухватившись обеими руками за перила, он пополз вверх, отчаянным усилием преодолев сразу три ступеньки. Он ощутил, что на это ушли все оставшиеся силы — бремя давления стало еще тяжелее, холод — еще невыносимее, а нить, связывающая его с жизнью, — еще тоньше.

Он взобрался на самый верх.

— До свидания, Джо, — сказала Пат.

Она наклонилась к нему, слегка согнув колени, чтобы он мог видеть ее лицо.

— Ты, наверное, не хочешь, чтобы к тебе ввалился Дон Денни? Врач все равно не сможет уже тебе помочь. Я скажу ему, что ты приказал вызвать такси и что ты уже на пути в больницу. Она расположена на другом конце города, так что тебе уже никто не сможет помешать и ты сможешь побыть совершенно один. Согласен?

— Да, — ответил Джо.