Шрифт:
Анна сжала губы и решительно направилась в самую гущу толпы.
Протолкаться через нее было нелегко. Получив несколько тычков, она оказалась в приемной, больше напоминающей бомбоубежище во время налета. Повсюду: на стульях, скамьях, даже на полу – сидели люди и громко стонали. Между ними ходили несколько врачей. Мимо пробежала медсестра, зажав под мышкой кипу прозрачных папок. Было душно и шумно.
Анна схватила за рукав одного из солдат, сопровождающего очередные носилки.
– Мне нужен майор Фришер! – закричала она. – Это очень важно!
– Что?
– Майор Фришер!
– Его здесь нет!
Солдат попытался освободить руку, но Анна удержала его.
– Где он?
– В полицейском управлении! Мэм, отпустите! Вы что, не видите ничего?!
Он выдернул руку из ее пальцев и быстро пошел прочь. С бьющимся, как молот, сердцем Анна стала пробираться назад к выходу.
Глава 39
Полицейское управление Кубы располагалось рядом с госпиталем: Анна увидела его сразу, как только оказалась на улице. Ей повезло, потому что спрашивать дорогу во все прибывающей толпе людей, большинство из которых находились в состоянии истерики, было совершенно бесполезно. Суета госпиталя осталась позади, в управлении не было кричащих людей и врачей в белых халатах – здесь хозяйничали военные. Возле входа стояли два «хаммера», рядом с которыми полицейские «каприсы» выглядели странно и инородно.
У дверей Анну остановили солдаты, и она потеряла несколько минут, пытаясь убедить их связаться с майором. Мимо нее то и дело проходили люди, и хотя внешне они казались спокойными, ощущение какой-то надвигающейся угрозы угадывалось на их лицах. Наконец, солдаты сдались, вызвали по рации Фришера, и спустя несколько секунд Анна вошла в управление.
Миновав стойку, она повернула налево и оказалась на лестнице, ведущей на второй этаж. По ней сновали военные, но никто не обращал на нее внимания. Выйдя в коридор, она сразу увидела Фришера, стоящего у одной из открытых дверей. Заметив Анну, он махнул ей рукой, приглашая следовать за собой.
В комнате было душно и шумно – множество людей в форме заполняли почти все свободное пространство: кто-то говорил по рации, кто-то писал; шипели статические помехи, гудели компьютеры, хлопала дверь.
Майор провел Анну в смежное помещение и усадил за стол.
– Слушаю вас.
– Я думаю, что должна вам кое-что рассказать. Это может показаться странным, но прошу вас – выслушайте меня!
– Говорите.
Анна беспокойно заерзала в кресле, в последнюю минуту засомневавшись, стоило ли ей затевать этот разговор. Но отступать было поздно. И потом, это действительно может оказаться важным.
Она рассказала все: о своем видении во время их разговора в госпитале, об изменениях, которые произошли с сестрой и Тревисом. Фришер слушал ее, не перебивая. Когда она замолчала, он встал и подошел к окну. Анна ждала.
– Я вам верю, – наконец произнес он. – Хотя и не понимаю, что это может значить.
– И что нам делать?
Майор повернулся и посмотрел на нее.
– Вы ведь от сестры?
– Да.
– Как она?
– Мучается головной болью.
Фришер кивнул.
– К вечеру нас ждут большие проблемы.
– Вы о чем?
– Вы видели, что творится у госпиталя?
– Да.
– Вспомните Бенжамина Флая и его пассажиров. Происходящее там, – он кивнул в сторону окна, – вам ничего не напоминает?
Анна побледнела.
– Боже!
– История повторяется, но теперь мы имеем целый город.
– Пустошь исчезла, и они…
– Да.
– Господи! Они все погибнут?
– Не знаю. Люди здоровы, но им все хуже. Нам совершенно не за что зацепиться!
Он посмотрел на Анну.
– Мы собираем на южной окраине полевой госпиталь. Вы можете перевезти туда своих родных. Я пришлю машину, как только смогу.
– Спасибо!
– Не за что.
Фришер поднялся.
– У вас все?
– Да… То есть – нет! Джеймс – они изменились! Все они! Не намного, но они другие. Не те. Неправильные.
– Я понял. Но что вы хотите от меня?
– Не знаю! – Голос Анны звучал раздраженно. – Мне кажется, вы должны что-то сделать, а не стоять здесь и пялиться в окно!
– Сделать? Вы посмотрите вокруг! Через несколько часов весь этот город превратится в чумной барак – вот с чем я должен что-то сделать! Там сотни людей! И это все реально – вот здесь! Я не могу тратить время на ваши теории!
– Все это связано.
– О чем вы?
– Эти странности с Софией и Тревисом, эти изменения и история с пассажирами Хорька, мое видение – все это связано.
Фришер покачал головой.
– Ждите машину. И не ходите на улицу.
Майор встал, показывая, что разговор окончен. Анна тоже поднялась.
– Я понимаю – у вас нет времени, но это важно. Я чувствую!
– Хорошо.
Анна вышла на улицу. Солнце раскалило асфальт и стены домов, и даже несмотря на легкий ветер дышать было нечем. Воздух сделался густым и почти осязаемым. Даже здоровые люди в такую погоду могут почувствовать себя плохо, стоит ли удивляться тому, что происходит? Анна посмотрела в сторону госпиталя. Там все так же толпились люди, но крики стихли. Жара делала свое дело: многие уже не стояли на ногах – кто-то лежал в тени здания, кто-то сидел на тротуаре, кого-то вели солдаты, подхватив под руки. Белых халатов видно не было.