Настоящее время. Мои мужчины.

Мне снилось что-то кошмарное, но, пробудившись, я никак не могла вспомнить, что. О пережитом ужасе напоминал только холодный пот, стекающий по спине, сбитое дыхание и сильное сердцебиение. Я осторожно оглядела комнату. В углу на столике горела свеча. В кресле дремал Мастер.

— Слава, — тихо позвала я его срывающимся шепотом.

Он вскинулся, вскочил, тревожно подошел ко мне.

— Что?

— Ляг со мной, пожалуйста.

Несколько секунд он раздумывал, разглядывая меня, потом быстро стянул футболку и нырнул ко мне под одеяло. Я прижалась к его вспыхнувшей коже, уткнулась носом в грудь. Он сильно прижал меня к себе. Неповторимое чувство безопасности окружило меня с первым же его прикосновением. Он попытался залезть мне под сорочку, но я остановила его, с силой сжав руку. Не время, не место, да и вообще, как-то не хочется… Мастер послушно замер. Через некоторое время я погрузилась в дрему. Его ровное дыхание приятно убаюкивало. Обняв его тело рукой, и, перекинув через него ногу, я сладко засопела, готовясь заснуть. Чувствовала, как его тело напряглось от моих объятий, но сил уже не было думать о его эмоциях.

Меня разбудил грохот открываемой двери. В комнату ворвался разъяренный Влад.

— Заткнись, скотина, — заорал он на Мастера, вышвыривая его из моей постели.

Со сна я никак не могла понять, что происходит. Сидела и таращила на них глаза. Мастер вскочил и бросился на брата. Передо мной разворачивалась примитивная уличная драка во всей своей животной красоте. Как разнимать красавцев, было абсолютно непонятно. Сил на энергетические заряды у меня уже не было, поэтому пришлось завизжать дурным голосом:

— Магистр!

Он появился очень быстро, надо отдать ему должное. Оценив ситуацию, он просто сказал ключевое слово кристаллам, и дерущихся разметало по углам. Мне, правда, тоже досталось. Ощущение, что ударили под дых тяжелым башмаком, свалило меня с кровати и на мгновение лишило сознания. Придя в себя, я увидела Мастеров, неуверенно подгребающих под себя свои конечности. Они были похожи на двух избитых щенков. Впрочем, моя боль тоже не отступала. Магистр зажег верхний свет, сурово взирая на нас с высоты своего роста. Пока стонущие Мастера вставали, проверяя наличие повреждений, он рывком поднял меня с пола, что-то прошептал над моим кристаллом и ткнул меня обратно в кровать.

— Ну? И что это было?

— Ты бы слышал его мысли! — зашипел Влад.

— Я слышал, — вполне хладнокровно ответил Магистр.

— Твои мысли тоже нам всем слышны. И что дальше? — возмутился Мастер.

— Какого черта ты полез к ней в постель? — Влад снова начал опасно приближаться к нему.

Магистр предупреждающе поднял руку и слегка дотронулся до кристалла. Нас всех снова скрутила боль, правда, на этот раз не такая сильная.

— Я сама его позвала, — прошептала я, отдышавшись.

— Какого черта? — взъярился Влад.

— Мне страшно, — жалобно пропищала я, сворачиваясь клубочком.

Влад остановился на середине комнаты, как будто его ударили в грудь. Его лицо смешно сморщилось. Он сделал ко мне порывистый шаг. Но удержал себя, остановился, обводя всех недоверчивым взглядом.

— Магистр? Что ты на это скажешь?

— Думаю, это правда.

— Да я не про то, — отмахнулся Влад. — Понятно, что она не врет. Как с этим бороться?

— Должно пройти время. Если бы вы как подростки не выясняли все время между собой отношения, а она не швырялась в вас пульсарами, тратя последнюю энергию, хранители давно бы оставили ее в покое. А так, как она очень слаба, ей и снятся кошмары все время. Вы что, их не видите?

— Я ставлю заслон, а то ваши мысли слушать невозможно, — заявил Мастер.

Влад открыл, было, рот, чтобы что-то возразить, столь же нелестное, но благоразумно промолчал.

— Нам надо подумать не о своих эмоциях, а о ней, — заявил Мастер.

— Подумаем, но это не значит, что ты будешь спать в ее постели.

— Слышите, вы, джентельмены-рыцари, — я наконец-то сумела вставить свои пять копеек в этот бесконечный поток упреков, — если вам важно, чтобы я восстановила силы и избавилась от кошмаров, то вам придется спросить у меня.

Мужчины уставились на меня. Вот интересно, почему их так поразило мое заявление. Я сказала что-то непередаваемо новое и неизвестное науке? Мужчины почему-то никогда не берут в расчет мнение женщин, хотя оно часто (скорее даже, обычно) является более правильным, чем рациональные решения мужчин.

— Я не могу спать одна, простите. Я ведь не приставала к нему, правда? — смущенно спросила я. — Просто мне было безопасно в его объятиях.

— То есть, ты хочешь сказать, если бы это было мое время караулить тебя…